Китлинский - Клан – моё Государство 5

– У меня же ссохнется, Жорик!! Я же на секс – наркоманка. Я не вынесу. Там же одни мужланы.

– Вытерпишь! Это минимум, который есть под рукой. Вот тебе паспорт на имя Сухиной Риммы Васильевны. Это для того, чтобы тебя никто не навещал в зоне и не нашёл, а то язык твой – помело.

Белова заполняет бланк, смахивая показную слезу.

Приходит следователь, специально приехавший из Тайшета. Демид отдаёт ему паспорт гражданки Беловой-Сухиной и даёт указания.

– До зала суда её будет сопровождать негласно наш человек, а то она, что тебе леди Винтер из "Трёх мушкетеров".

– Понятно,- кивает следователь.- Я с ним виделся на улице, и он мне всё пояснил.

– Счастливого пути, Римма Васильевна!- говорит Демид Беловой.- Приятно было познакомиться.

Она приостанавливается на мгновение в дверях, смотрит Демиду в глаза, её ротик приоткрывается, обнажая здоровые белые зубы, но не произносит ни слова.

– Вот, Михаил,- Демид ставит чайник на плиту, словно он в своём доме.- Всем её природа одарила. Фигурой, личиком, мозгами. А её наши гэбисты испортили. Сделали из неё соблазнительницу, убийцу и воровку. У неё в кармане сотни миллионов, а она в купе подставила мужику, первому попавшемуся и пока он над ней кряхтя потел, обчистила бумажник. Сила привычки. Не на пять. На пятьсот тысяч. Мы с ним договорились и возместили ему разницу. И я не верю, что её какой-то срок исправит.

– А что ей два?- Михаил присаживается на табурет.

– Два собьют с неё лоск и добавят чисто уголовные манеры. С ними она уже вверх не пойдёт. Будет обслуживать блатных в криминальном мире, ментов. Сопьётся, а дальше… Ну, её к чёрту!- Демид отмахнулся рукой.

– Так это она была в Швеции? Там её подставили под Филатова?

– Ей для этого забрили башку, приклеили парик. Сменили цвет глаз, зубы. Они у неё как колёса на авто – сменные. После подлога сделали пластическую операцию. Изменили губы, нос и уши.

– Да! Но запах остался!

– И Филатов его почувствовал.

– Ты с ним знаком?

– Нет. Наш человек с ним в Швеции контактировал. Мы кой чем помогали. Свои ведь! Особенно, когда деньги им перестали присылать. Они же не внедренные были. В порт морской бегали, подзаработать на хлеб насущный разгрузкой-погрузкой. Как тебе?

– Сучизм!!

– Полнейший. В Норвегии такая же ситуация. Ай! Что теперь говорить? Вот они и озлились. Так и попал им под руку горячую Гречаников. Его вина, его плата. Селяви.

– А та сторона подо мной Федотова в качестве обратки?

– Так. Только Федотов не имел ко всему этому никакого отношения. Кто-то им дал его как ответчика. Может, и они сами так составили проект. Об этом, Миша, ты уже не узнаешь. Некому об этом рассказать. Гречаников и Федотов – вершина айсберга, а в основании трупов??!!!

– А живые будут молчать вечно!

– Теперь же нет третейского суда и плата – смерть. А выносить сор из помещения при таком уровне недоверия друг другу в стане спецслужб – начать открытую войну. Так и били из-за угла в спину. Подло? Да ты сам с этим столкнулся. По старой схеме, тебя бы вызвали в кабинет и сказали, чтобы ты старушку миллионершу оставил в покое…

– И все были бы живы и здоровы.

– Чай, кофе?

– Не хочу.

– Зря. Я не откажусь от кружечки "липтона". Миша, прими хозяйку, ползет.

В коридор из комнаты выползает женщина с сонными глазами. Михаил её поднимает и усаживает на стул. Она смотрит на них поочередно, но понять ничего не может. Демид наливает ей в кружку чай. Она делает глоток, зрачки начинают быстро бегать и она спрашивает:

– Вы кто, мальчики?

– Гости!- Демид подаёт ей розы.

– Спасибо!- она жалко улыбается.- А вы кто?

– Мимо шли, дверь настежь,- Демид ей широко улыбается и она ему в ответ тоже и снова спрашивает:

– Вы кто, мальчики?

– Минут через десять включится,- поясняет Демид.- Это сонник такой прибацаный. Долго отходит.

– Собрать у них оружие?- предлагает Михаил.

– А на кой оно нам!? Пошли. Мы своё сделали. Они тут сами всё выяснят. Пока!- прощается Демид с хозяйкой.

– Пока, мальчики!- хозяйка ещё ничего не соображает.- Приходите ещё. Я вам рада.

На улице Михаил спрашивает:

– А ваш где? Боец?

– Со следователем и Беловой поехал.

– Взгляд у него странный какой-то.

– Так он – зомби.

– Шутка?

– Не-е-е-ет!

– Серьёзно?

– Ну, смог бы ты войти в квартиру, в которой семь вооружённых жлобов, не убив их и не сломав мебели?

– Нет.

– А он вошёл и их вырубил поочередно. Как?

– Тебя об этом спрашиваю.

– Такая программа воспитания. Он в жизни нормальный, но когда надо работать, включает систему. Она обостряет в нём всё: восприятие, слух, зрение, реакцию увеличивает многократно. В таком состоянии он опережает пулю. Длится момент до получаса. Бригада приглашенная Беловой, очнувшись, не сможет ничего вспомнить, так он меж ними быстро мелькал.