Китлинский - Клан – моё государство 3.

– К такому повороту я готов.

– Вот и ладненько. Мы тут сейчас просмотрим видео и я тебе, возможно, перезвоню.

– Добро,- Скоблев отключился со связи.

"Вот я когда-то мечтал забраться в кресло депутата,- удобно устроившись на диване, стал размышлять Скоблев.- По тогдашним временам это было и высоко, и в высшей степени престижно, и надёжно. И случись так, да не будь всей этой кутерьмы с властью, дожил бы я до глубокой старости, оставшись безмозглым козлом, давая пошленькие интервью разным гадам в прессе. Теперь я стал умней и мне ясно, что депутатский мандат – мелочь, а вес – это вес. Я его набрал без депутатского кресла и привилегий. Послал самого Ремуза на хуй. Вот какой у меня вес. И уже неважно, что я его набрал не лично, для такого у меня не хватило бы времени и мозгов. Я получил вес с помощью Александра и его людей, при этом я не поступился совестью и честью. Не продал за тридцать серебряников Родину и дело. Александр слово своё сдержал. Делаю я своё без оглядки на руководящие указания. Всё встало на места. Вор стал вором, не смотря на положение, а предатель предателем. И любого гада я могу наказать, правда, не с помощью суда, такого механизма мне в руки не дадено, да собственно его и не было в этой стране никогда, но я могу вынести приговор и его исполнить. Вот чего я достиг. Теперь меня, моих ребят уважают и боятся. Мои старые клиенты уже побежали за границу. Некоторые стараются пролезть во власть, надеясь, что она их прикроет. Глупцы. Власть – это я. Хоть я не президент, но я реально могу воздействовать на ситуации. Ей богу я устроился в конце жизни правильно. Ребят своих не бросил, не кинул их в это смутное время, не дал им выпачкаться в дерьме. Они точно знают, что есть справедливость на этом поганом свете и их уже никакие лозунги никуда не сманят. За неё они готовы на смерть драться с кем угодно. Вот чего мне помог достичь Александр, оставив вольным, не покупая мою в общем-то падшую душу. Как не крути, но я человек системы. Он это видел и знал, но поверил мне как человеку. А система во мне сидит до сих пор, нет-нет да и вылезет. Вон я сегодня сорвался в разговоре, на этого Боровского окрысился, это во мне она проклятая поднялась. Не смог сдержать эмоций. А за моими мальчиками уже её действий развратных не видно. Они стали спокойными, уравновешенными. Это мои козыри. Это истинные ценности".

Вошёл молодой сотрудник.

– Давыдыч!- он прошёл к столу.

– Что там, Серёжа!?

– Мы их вытащили на поверхность. Они разбежались, потом сошлись, говорили полчаса. Мы сделали запись,- Сергей выложил на стол кассету.- Волки матерые. Если бы не подстраховка, мы бы их не удержали. Квартиры вычислили. Дома кооперативные. Оставили там внешнее наблюдение до монтажа камер. Сейчас заканчивают осматривать прилегающие к домам крыши и подвалы. Вот адреса,- сотрудник положил на стол листок.- Усё, шеф. Я побегу. Дел много.

– Сигнал опасности получили?

– Да. Потому и бегу.

– Давай. Они нам продыху не дадут. Забеги в аппаратную. Скажи, чтобы повесили им на линии "разведчиков".

– Я по дороге к тебе им уже дал задание. Группа поехала цеплять,- ответил Сергей, исчезая в дверях.

Скоблев вставил кассету в магнитофон и стал слушать. Пришёл сигнал от Ивана.

– Ну что, Давыдович! Сделали твои ребятки асов нелегала?

– Точно!- радостно ответил Скоблев.- Вот слушаю запись и горжусь. Приятно до корней волос.

– Поздравляю! Есть информация по Боровскому. Это один из главных аналитиков по оперативным вопросам. Такая петрушка. Он весит больше Ремуза и потому в разговоре особо не лез. Он к тебе приглядывался, сучий потрох.

– И ему мы задницу намылим,- заверил Скоблев.

– Только в том случае, если они её специально подставят. Тогда надо будет долбануть дубиной.

– Жаль, нет у нас орденов,- сказал Скоблев в шутку.- На что такая работа тянет?

– А мне по чём знать?! Дорого стоит, Давыдович, поймать "своего чужака". Это однозначно. Наверное, на героя тянет.

– Нет! Давать героя за пойманное дерьмо не очень прилично. Я на такое не могу пойти. Трудовое красное знамя – это точно. У вас есть знамя?

– Нет.

– Плохо. Надо срочно обзавестись.

– Для чего?

– Ну там: герб, гимн, знамя. Должна же быть какая-то атрибутика присутствия.

– Может ты и прав. Мы об этом никогда не думали. С удачным началом и пока.

– Пока.

"Я генерал-лейтенанта получил за свои ратные подвиги при выходе на пенсию. Мне тогда было приятно. А теперь мне жутко приятно, хоть и без званий, и без наград пашу. Сейчас я счастлив по-настоящему",- он включил кассету и стал прослушивать снова.