Лайза Джуэлл - Тридцатник, и только

— И ты переехала к нему?

— Не сразу. Мне надо было развязаться кое — с какими делами в Лондоне. Но мы поддерживали связь друг с другом, и когда ресторан открылся, Алекс предложил мне работу и комнату наверху.

— И как оно было?

— Непривычно, — пожала плечами Дилайла. — Прежде я никуда не выезжала из Лондона и никогда по-настоящему не работала. Я была невероятно одинока, а работа тяжелая… Я чуть не вернулась домой. Но возвращаться на самом деле было некуда, кроме того, я не могла предать Алекса. Так что я крепилась. К тому же, я успела его полюбить.

— И вы… как вы существовали друг с другом?

— То есть? Ты имеешь в виду постель? — Диг кивнул. Бестактный вопрос, конечно, но он не сдержался. — Ничего этого не было. Мы были просто друзьями и коллегами. Он был моим боссом. По крайней мере, до моего двадцатого дня рождения. — Дилайла трогательно улыбнулась: она явно дорожила этими воспоминаниями. — Все случилось так неожиданно. Я уже начинала беспокоиться, мне казалось, что для Алекса я нечто вроде домашнего животного; подобрал на улице беспризорную девчонку, чтобы скрасить одиночество, а она к тому же оказалась отличной уборщицей. Этакий вариант «Пигмалиона». Не было и намека на то, что он испытывает ко мне нежные чувства. Но в тот вечер, в день моего рождения, Алекс устроил праздничный обед в ресторане — все мои любимые блюда, свечи, музыка, подарки. Словом, расстарался. И начал говорить, как ему нравится, что я рядом, как я изменила его жизнь к лучшему и как ему легко спится только оттого, что он знает: я там, в комнатушке над рестораном. Назвал меня своей «потерянной половинкой» и сказал, что не представляет жизни без меня… А потом встал на одно колено и преподнес мне маленькую коробочку, в которой лежало вот это, — она указала на камень, сверкавший на ее пальце. — И сделал мне предложение.

— И ты согласилась?

— Не раздумывая. В ту же секунду. Стоило ему спросить: «Ты выйдешь за меня замуж?», и я уже знала, что выйду, что мне это нужно.

— Понятно. И когда вы… э-э.. Ну, ты с Алексом, когда вы в первый раз?…

— Переспали? В первую брачную ночь. До того ничего не было, уж поверь!

— И… как оно было? — Диг старался казаться невозмутимым.

— Что?!.. Ты спрашиваешь?..

— Нет… нет, детали, разумеется, не нужны. Но… вы ждали до свадьбы. А не было ли это ошибкой? Как все прошло?

Дилайла натянуто улыбнулась и принялась вертеть салфетку в руках.

— Сам знаешь, первый блин всегда немножко комом. А для меня, скажем так, секс в последнее время не самое главное. — Она рассмеялась. Диг приподнял брови. — Ты удивляешься? Не стоит. Теперь я не очень сексуальна. Конечно, я работаю над собой… но, в этом направлении еще многое предстоит сделать.

— Вы… э-э.. вы спите вместе? — Дигу было неловко расспрашивать Дилайлу о ее личной жизни, но образ асексуальной одинокой женщины, который она обрисовала, никак не вязался с его воспоминаниями о ней.

— После дождичка в четверг, — в ее шутке слышалась горечь.

— А?

— По особым случаям. Мы спим друг с другом по особым случаям: годовщины, дни рождения и прочее.

— И тебе хватает?

Дилайла пожала плечами:

— Более чем!

— А что Алекс?

— Он не возражает. Он больше предпочитает работать или играть в гольф.

Наступило молчание. Диг не знал, что сказать. Какое расточительство, какое безумное расточительство обращаться подобным образом с красивой женщиной в самом расцвете ее сексуальности! И как можно спать с Дилайлой Лилли в одной постели и не желать каждую ночь заниматься с ней любовью до полного самозабвения? Этот Алекс — оголтелый педик. Иного объяснения быть не может. Либо н втихоря трахает официантку.

— И ты от него ушла?

— Хм, — Дилайла вдруг приуныла. — Видимо.

Диг собрался с силами и задал самый жгучий вопрос:

— Почему?

Впервые за весь вечер на Дилайлу напала скованность, а в движениях появилась неловкость.

— Не хотелось бы об этом говорить, — промямлила она. — Это… очень личное.

— Ладно, хорошо. Нет проблем. Но можно задать еще один вопрос? — Дилайла настороженно кивнула. — Ты вернулась в Лондон навсегда? У тебя с Алексом все кончено? Или нет? — Он посмотрел на нее в упор, надеясь, что пристальный взгляд не выдаст, как важно для него знать ответ. — Ты останешься в Лондоне? — Господи, Дилайла, думал он, скажи, что останешься, пожалуйста, скажи.

Дилайла слегка сжалась и откашлялась:

— Я пока не решила, не уверена.

— Понятно, — вздохнул Диг.