Лайза Джуэлл - Тридцатник, и только

— С ней что-нибудь случилось? Проблемы с мужчинами? В семье?

— Она только что покончила с очередным слюнтяем. Но не думаю, что дело в этом. И ей только что предложили фантастический контракт — куча денег и месяц в райском месте. Она должна быть просто счастлива.

— Да? — Дилайла освобождала место на столе для блюд, дымившихся на тележке подоспевшего официанта. — Но счастливой она не выглядит. Отнюдь. И со мной у нее точно проблемы. Вот почему я ушла из чайной столь поспешно, в присутствии Надин я чувствовала себя очень неуютно. — Она зачерпнула ложкой изумрудный шпинат, в котором мерцали кубики панированного сыра, метнула на Дига острый взгляд и выпалила: — Ты никогда не задумывался, а может, она в тебя влюблена?

Диг вытаращил глаза.

— Надин? — насмешливо фыркнул он. — Да ты рехнулась! Она не влюбится в меня, даже если, кроме на земле не останется других мужчин! Она мой друг, и только.

— Я бы не была в этом столь уверена.

— Ты не знаешь Надин. Такого не может быть — никогда! Она не в состоянии воспринимать меня в качестве сексуального партнера. Это немыслимо. И нелепо! Это… это…

— Правда? — подсказала Дилайла.

— Нет! Нет! Ты все неправильно понимаешь. Ты не знаешь Надин, как ее знаю я. Надин не интересуется любовью. Все, что ей нужно, — это громадный мужик с малюсеньким самолюбием, чтобы она могла им помыкать, а потом бросить, когда он ей надоест. Она самый независимый человек на свете. Вряд ли она вообще способна любить. А уж меня тем более.

— Женщины чувствуют такие вещи.

— Ну да, женская интуиция и все такое прочее. Но я знаю Надин, как свои пять пальцев, а то, что ты говоришь, смехотворно. Извини, но это так.

— Ладно, Диг, тебе, конечно, виднее. Но обычно интуиция меня не подводит. И я думаю, она тебя любит. Я поняла это по ее глазам. — Дилайла сухо рассмеялась. — А еще я поняла по ее глазам, что мое появление ей сильно не по вкусу.

— Нет… это не правда.

— Правда. Она видит во мне соперницу.

Диг прикусил язык, чтобы не проболтаться о дурацком пари. По его мнению, если Надин и восприняла появление Дилайлы в штыки, то лишь потому, что боялась проиграть. Она терпеть не может проигрывать. Ни в чем.

— И скажи, — продолжала Дилайла, поставив локти на стол и подавшись к Дигу, — можешь ли ты, положа руку на сердце, поклясться, что за все эти годы своего знакомства с Надин, за все годы, что вы с ней друзья, близкие друзья, ты ни разу не испытывал к ней никаких иных чувств, кроме дружеских? И у тебя ни разу не возникало желания зайти чуть дальше? Никогда не случалось пьяной ночи, когда всякое может произойти? И она тебя никогда не возбуждала, хотя бы самую малость?

— Нет! Господи, никогда! То есть, когда-то что-то намечалось, очень давно, когда мы были совсем молодыми, незадолго до поступления в университет и сразу после того, как мы с тобой… Но потом она встретила в колледже одного фотографа, а я повзрослел… Нет, нет. Ничего и никогда между нами не случалось. А сейчас… Мы так давно дружим, что ничего уже и не может случиться.

— Неужели? Не понимаю, почему. Она очень привлекательная и симпатичная.

— Разумеется. Но она… для меня она просто Надин. Всегда была. И всегда будет. И кроме того, Надин не захочет меня, даже если я в нее влюблюсь.

— Значит, это вранье, — улыбнулась Дилайла. — Про то, что между мужчиной и женщиной не может быть по-настоящему платонической дружбы, и всегда найдется сексуальное подводное течение. Ты смотрел «Когда Гарри встретил Салли»?

— Смотрел. Полная чушь. — Дигу все сильнее не нравилось направление, которое приняла их беседа. Он бы с куда большим удовольствием обсудил последний поход Дилайлы по овощным лавкам или коллекцию солнечных очков Ленардо ди Каприо. Он и Надин? Надо же такое измыслить! Диг почувствовал испарину на лбу. Он не хотел об этом думать. И уж во всяком случае, обсуждать это с Дилайлой.

— … Как бы то ни было, — продолжала она, — мне кажется, что вы бы составили отличную пару. Вам было бы хорошо вместе. Вы всегда понимали друг друга. И вы очень похожи.

Похожи? Он и Надин? Ну, разумеется, похожи. Недаром они такие хорошие друзья. Но это вовсе не значит, что они должны влюбиться друг в друга. И зажить вместе. И вообще, к чему Дилайла затронула эту тему? Какое она имеет отношение к сегодняшнему вечеру — к ним?

— Но, конечно, это не мое дело, и посему я затыкаюсь.

Слава богу, подумал Диг, слава богу.

Безумие охватывало Надин все сильнее. Ее корежило, выворачивало, трясло.