Даниэла Стил - Награда

Многие девушки во время оккупации и после жили в Париже и работали моделями, но ни одна с такой легкостью не адаптировалась в новой среде и не могла так быстро подружиться с четырьмя соседками по квартире, как Гаэль. У всех было что порассказать, и только новенькая никогда не говорила о себе: не хотела ни с кем делиться подробностями о том, как расстреляли отца, как погиб брат, как угасала мать, пока не умерла, как депортировали лучшую подругу, потому что та еврейка, — но всегда внимательно слушала истории подруг. Девушки чувствовали, что Гаэль не хочет говорить о себе: слишком болезненно, — поэтому не допытывались. Другие тоже настрадались, и никому не хотелось распространяться о военных годах, все хотели их поскорее забыть. Гаэль предпочитала говорить о работе, клиентах, фотосессиях для журналов и красоте изделий мсье Диора. Это так волнующе — наблюдать, как рождается очередной шедевр. Все изделия носили отпечаток индивидуальности Диора. Их становилось больше, потому что теперь ткани можно было легко купить.

К весне, всего через полгода работы, Гаэль стала одной из лучших и самой популярной парижской моделью. Именно ее в июне пригласили в Нью-Йорк для съемок на обложку журнала «Вог», и она не могла дождаться начала фотосессии. Каждый день становился для Гаэль новым приключением.

Война закончилась, и будущее казалось Гаэль светлым и многообещающим.

Она побывала в Красном Кресте уже несколько раз, но новостей по-прежнему не было. И вот наконец-то в мае ей позвонили и пригласили прийти. Им все-таки удалось разыскать следы Фельдманов, несмотря на хаос, царивший в германской бюрократической системе. Сотрудница предложила обсудить все с ней лично. Гаэль не знала, хороший это знак или нет, но надеялась, что они нашли Ребекку: возможно, та лежала в больнице после освобождения из концлагеря.

После работы, теплым весенним днем, она отправилась в офис Красного Креста. В черных брюках и белой шелковой блузке она выглядела совершенно неотразимо и разительно отличалась от той, что всего полгода назад приехала в Париж. Но в тот момент, когда оказалась напротив сотрудницы Красного Креста, Гаэль мгновенно превратилась из топовой модели Диора в лучшую подругу Ребекки, которой всегда и была.

Гаэль уже не раз беседовала с этой женщиной, ожидая новостей, и сейчас смотрела на нее с тревогой.

— Нам все еще крайне трудно получить информацию из Германии. Немцы вели скрупулезные записи, но многое уничтожили в последний момент. Мы беседуем с каждым, кто прошел концлагерь, пытаясь узнать о тех, кого ищем: возможно, они оказались в том же лагере. Бывшие узники возвращаются домой, но среди них много слишком слабых или больных, чтобы добраться самостоятельно. Кто-то оказывался в больнице, и тогда их было еще труднее обнаружить. Месяц назад мы получили из Германии отчет о Фельдманах, подтвержденный двумя выжившими в том же лагере свидетелями. Думаю, теперь нам известна вся история, и я хочу предупредить, что новости нехорошие.

Гаэль три года боялась чего-то подобного, с той самой минуты, как их депортировали из лагеря для интернированных и она в последний раз видела Ребекку.

— Куда их выслали? — спросила она едва слышно.

— Сначала в лагерь в Арандоне на северо-востоке, а оттуда вся семья попала в Освенцим, — мрачно пояснила женщина.

Этого названия Гаэль и боялась, наслушавшись историй от тех, кому удалось выйти из лагерей живыми, увидев фотографии и фильмы в выпусках новостей. Ролик о солдатах, освобождавших один из лагерей, она так и не смогла досмотреть, встала и вышла из зала. Освобожденные узники выглядели ходячими трупами: стояли и плакали, не в силах поверить, что больше им ничто не грозит.

— В отчете упомянуты имена всех Фельдманов. Они прибыли в один день, поездом.

Похоже, у нее была вся информация: это и лагерные записи, и некоторые доклады сотрудников Красного Креста, и отчеты организаций помощи беженцам, с которыми они работали.

— Мсье Фельдман и оба мальчика выполняли очень тяжелую работу в мужском лагере. Мадам Фельдман и обе девочки попали в женский. Лотта умерла через месяц после прибытия в лагерь, причина нам неизвестна.

Глаза Гаэль наполнились слезами, но она должна выслушать все до конца. Она так долго ждала, и теперь ей необходимо узнать, как они умерли, невзирая на то, какими бы тяжелыми ни были известия.

— Мадам Фельдман и Ребекка погибли в октябре сорок второго, — промолвила сотрудница Красного Креста. — Тогда многих женщин отправили в газовую камеру, чтобы освободить места для новоприбывших. Мсье Фельдман и мальчики были убиты в январе сорок третьего.