Мартин Сэй - Зеркальный вор

— Я этому не верю, — говорит она, наклоняется над столиком и, морща лоб, всматривается в его лицо так внимательно, словно собирается снять с его щеки выпавшую ресничку.

— Черт, да ты и впрямь на полном серьезе, — говорит она. — Ты находишься здесь потому, что Стэнли не заплатил по расписке. Это все, что тебе сказал Деймон.

— Не совсем. Он еще рассказал мне о счетчиках карт, которые грабанули «Точку».

— И еще он сказал тебе, что команду счетчиков собрал Стэнли, да?

— Нет, этого он мне не говорил. А их в самом деле собрал Стэнли?

Вероника игнорирует этот вопрос и откидывается на спинку дивана.

— Как по-твоему, ты единственный, кого Деймон отправил в Вегас?

— В этом я не уверен. Но о других посланцах ничего не знаю.

Кёртис рассматривает тусклый прямоугольник книги на полированном дереве столешницы.

— Тебя ищет кое-кто еще, — говорит он. — Только Деймон его сюда не посылал.

Вероника застывает в напряженной позе:

— Вот как? Расскажи подробнее.

— Я говорил с ним около часа назад. Небольшого роста. Щель между передними зубами.

— Белый?

— Не могу сказать наверняка. Не успел как следует разглядеть.

— Ты заметил щель между зубами, но не заметил цвет его кожи?

— Мы общались по телефону. Он присвистывает при разговоре.

— Недурно! — говорит она, поднимая бровь. — А ты сообразителен. Я впечатлена.

— Я был в казино, когда он позвонил. И он был там же. Он меня видел, а я его нет. То есть сначала. А когда я его засек, он дал деру.

— Охренительная история. Просто прелесть, прямо в духе Фуко.

— А это еще кто?

— Фуко? Он был французским философом. С виду вылитый Телли Савалас.

Она берет со столика бокал и допивает остатки. На сей раз правой рукой. Кёртис переводит дух. Видя, что Вероника впала в глубокую задумчивость, он ее не отвлекает. Взгляд его снова задерживается на книге. Эта книга не дает ему покоя, как знакомая песня, слова которой никак не удается вспомнить.

— Это какая-то шантрапа, — наконец подает голос Вероника. — У меня нет повода для беспокойства.

— Ты в этом уверена? Он ведь не случайно появился в этом казино. Он знал, где тебя искать.

— Но ведь не нашел, верно? Кстати, как и ты.

Она улыбается своим мыслям, глядя в пространство. Начинает покачиваться вперед-назад — должно быть, чтобы не задремать.

— Согласен, — говорит Кёртис. — Но тут вот какая штука. Большинство знакомых мне людей почему-то не имеют привычки открывать свою дверь с пушкой на изготовку, если только у них нет серьезных причин для тревоги.

— Очередной образчик народной мудрости из твоих уст, Кёртис. Тебе стоит вышить это крестиком на своей подушке.

— Такое чувство, будто мне не сочли нужным сообщить истинную суть дела. Это должно быть нечто посущественнее счета карт и долговых расписок. Если ты понимаешь, о чем я.

— О, я-то отлично понимаю, — говорит она. — А вот ты, со своей стороны, явно без понятия, во что вляпался. Я бы скорее купилась на твой мисс-марпловский треп, если бы не обнаружила короткоствол у тебя под курткой. А за ответами обращайся к своему дружку Деймону. У меня нет желания раскладывать перед тобой по полочкам все это дерьмо.

Теперь взгляд Вероники блуждает по комнате, при этом не задерживаясь на Кёртисе, и он понимает, что настал удобный момент, чтобы вызвать ее на откровенность. Уже довольно долго она остается одна, и ее это тяготит. Похоже, она созрела для беседы по душам хоть с кем-нибудь.

— Стало быть, — говорит он, — как я понял из твоих слов, Стэнли не занимал никаких денег в «Точке»?

— Ничего такого я не говорила. Но ты сам пораскинь мозгами, Кёртис. С чего бы это Стэнли обращаться за поручительством к Деймону?

Кёртис пожимает плечами:

— А с чего люди вообще берут деньги в долг? Сегодня я обедал с Уолтером Кагами, и он сказал, что в последнее время у Стэнли шла черная полоса. Он много просадил за игорными столами.

Вероника смеется.

— Ох уж этот Уолтер! — фыркает она. — Вот что я скажу тебе, Кёртис. Уолтер Кагами — очень милый человек, но он частенько несет дикий вздор.

— То есть Стэнли не нуждался в деньгах?

Она смотрит на него так, словно не может решить, кто перед ней: редкостный хитрец или редкостный болван.

— Скажи мне, Кёртис, насколько хорошо ты знаешь Стэнли Гласса?

Вопрос ставит его в тупик. Сформулировать четкий ответ не получается.

— Стэнли мне как родной, — говорит он. — Он старейший друг моего отца. Моя мама умерла, когда я был еще маленьким. А отец увяз в своих проблемах. И тогда мне помог Стэнли. Он разыскал родственников мамы, и они приняли меня в свою семью. А он помогал деньгами, да и не только деньгами. Я ему многим обязан.