Мартин Сэй - Зеркальный вор

— Не уверен, что мы с вами знакомы, синьор, — говорит Гривано.

— Это дело поправимое. Позвольте представиться: меня зовут Лунардо.

С этими словами он отвешивает поклон.

— Веттор Гривано.

— Я знаю ваше имя, дотторе.

Лунардо вновь указывает на стул, поднимая брови. Гривано вежливо улыбается. Его трость при нем, стилет на своем месте за голенищем сапога. Этих людей может быть больше — как снаружи, так и в этом зале, за другими столиками. Если у «Белого орла» и есть запасный выход, Гривано не знает, как до него добраться, — ему следовало выяснить это заранее.

Он присаживается. Лунардо занимает свое место. Трое мужчин за соседним столом не имеют плащей, но Гривано чувствует на себе их взгляды. Стало быть, шестеро. Или больше?

— Кто вы? — спрашивает Гривано. — Что вам от меня нужно?

— Я всего-навсего добропорядочный житель Риальто, который заботится о безопасности в моем районе, — говорит Лунардо. — У меня есть к вам несколько вопросов. Очень простых вопросов.

Это сбиры, понимает Гривано. Гончие псы Совета десяти. Что ж, могло быть и хуже. Будь это обычные брави, они бы просто зарезали его в переулке прошлой ночью. Как давно сбиры за ним следят? Что они видели? Девчонку, которую он привел к себе вчера? Посещение Перрины в обители? Встречу с Сереной в мастерской? За кем они вели слежку в то утро, когда он впервые заметил их в Мерчерии: за ним или за Наркисом? Какие ловушки они ему расставили?

— Спрашивайте что хотите, — говорит Гривано.

— Так я и сделаю. Где ваш дом, дотторе?

— Я лишь недавно приехал в этот город из Болоньи. Пока я не устроюсь более основательно, моим домом является эта гостиница.

— Вы учились в Болонском университете?

— Да.

— А до того? — говорит Лунардо. — Где был ваш дом до Болоньи?

— Я уверен, что вам это прекрасно известно. Пожалуйста, давайте ближе к делу.

Лунардо улыбается:

— Где вы посещаете мессу?

Гривано морщит лоб.

— Чаще всего в Сан-Кассиано, — говорит он. — Также в Сан-Апонале. А что?

— Вы знакомы с синьором Андреа Морозини? Или с его братом, синьором Николо? Их дом находится на правом берегу Гранд-канала.

Прежде чем ответить, Гривано всматривается в лицо собеседника. Быстрые глаза, цепкий взгляд — он напоминает небольшого, но ловкого и проворного зверя, весьма изобретательного в добывании пищи.

— Палаццо Морозини находится на левом берегу, — говорит Гривано. — Я был там позапрошлой ночью. И тогда же познакомился с обоими братьями.

Анцоло шествует через зал с полным блюдом в одной руке и кубком в другой. Его фриульские служанки неловко расступаются перед хозяином.

— Вы всем довольны, добрые синьоры? — обращается он к двум мужчинам, сидящим за столиком в дальнем конце зала. — А вы, господа? Вас все устраивает?

Последний вопрос адресован троице за соседним столом: так он показывает Гривано всех сбиров, находящихся в помещении. Стало быть, всего их восемь. Блюдо опускается на стол перед ним.

— Угощайтесь, дотторе, — говорит Анцоло. — Но будьте аккуратны с мелкими косточками.

Лунардо делает паузу, давая Гривано приступить к еде. У него совсем нет аппетита, но он со всей возможной убедительностью притворяется голодным и налегает на свою порцию: запеченную рыбу с хрустящей корочкой из сыра и панировочных сухарей, дополненную рисовой кашей с вкраплениями мелкого изюма.

— Если вы не были знакомы с братьями Морозини до позапрошлой ночи, что привело вас к ним в дом? — интересуется Лунардо.

Гривано тщательно пережевывает и проглатывает пищу, прежде чем ответить.

— Насколько мне известно, в палаццо Морозини часто устраивают приемы для людей науки, — говорит он. — Я также являюсь ученым.

— Они вас пригласили?

— Да, я был приглашен.

Лунардо, похоже, забавляет все происходящее. Разнородные перстни на его пальцах, как догадывается Гривано, ранее принадлежали другим людям, которые теперь заживо гниют в темницах или покоятся в земле, а то и кормят крабов на дне лагуны. Массивная серебряная подвеска на его шее имеет форму ключа. Вряд ли используемого по прямому назначению. Непонятно, что он может символизировать — если это вообще символ, а не простая безделушка. Гривано вспоминает ключ, вытатуированный на его собственной груди, эмблему его полка. Девчонка видела его прошлой ночью. Рассказала ли она об этом кому-нибудь?

— А что происходило в палаццо Морозини той ночью, дотторе?

— Не сомневаюсь, что вы и сами это знаете.