Мартин Сэй - Зеркальный вор

Кёртис в первый раз оказался в самолете с того времени, как транспортно-санитарный борт доставил его из Германии полтора года назад; но тогда он был накачан демеролом и почти ничего не соображал. Для полета в Вегас Деймон купил ему билет на место слева от прохода в «Боинге-757», но Кёртис прибыл на регистрацию достаточно рано, чтобы поменяться на место у окна с правой стороны. Когда самолет по большому кругу набирал высоту, под ним раскинулись акры клюквенных болот среди лесов к востоку от Ившема, подобные лужицам ртути, от которых рикошетил восход солнца, создавая ощущение гигантского пожара в недрах земли. Соседей слева у Кёртиса не оказалось, и в ходе полета он без помех созерцал проплывающий внизу континент, ощущая нервное напряжение наряду с умиротворенностью, какой не знал уже много лет, — и эта необычная комбинация чувств не исчезла после посадки в Вегасе. Все то время, что он провел здесь с момента прибытия, Кёртис продолжал чувствовать себя так же: напряженный, сосредоточенный и при всем том отрешенный, словно он не был по-настоящему вовлечен в эти дела или к ним причастен, а лишь следил за происходящим на экране монитора откуда-то из очень далекого далека. Совсем неплохое чувство, надо признать, — вот только с некоторых пор он все меньше и меньше ему доверяет.

Ночное небо бороздят вертолеты — в основном это чартерные рейсы, курсирующие в воздушном коридоре между центром города и аэропортом. К юго-востоку от башни Кёртис замечает полицейский вертолет, который направил вниз прожектор, зависнув над жилыми кварталами в районе Сахара-авеню, где уже сбились в кучу красно-синие проблесковые маячки патрульных машин. Отражаясь в окнах ближайших домов, эти мигающие огни переносятся на зеркальные фасады других зданий, и все это кружится, как в калейдоскопе, притом что вой сирен не слышен из-за большого расстояния и толстого стекла галереи. Взглянув на свои часы, Кёртис спускается с площадки в бар, заказывает кофе по-ирландски и, пока бармен доливает в его чашку «Бушмилс», оглядывает плавно вращающийся ресторан еще одним ярусом ниже. На маленькой сцене джазовое трио исполняет для безразличной публики «Ненужный пейзаж» Жобима; чистый холодный голос певицы ближе к версии Жилберту, чем к Ванде Са. С пианистом и басистом она поддерживает контакт легкими движениями тела и рук. Все трое, похоже, привыкли к тому, что посетители башни их игнорируют.

Кёртис садится за столик у южного окна бара и, ожидая Кагами, смотрит на Стрип, изредка фокусируя взгляд на собственном отражении в стекле. Он припоминает разные случаи с Деймоном — те, о которых слышал от других, и те, в которых сам был участником или свидетелем. Отмечает в них детали, которым доселе не придавал значения. Как Деймон конфисковал новенький спортивный «БМВ» у какого-то тюфяка из Сими-Вэлли — просто взял ключи у него из руки, — чтобы прокатиться с девчонкой, которую перед тем подцепил в «Мандалае». Или как он подбил Кёртиса отвлечь охрану на КПП базы, а сам под это дело вывез из Туэнтинайн-Палмс в самоволку нескольких мудозвонов, спрятав их под грязным бельем в фургоне прачечной. Или как он напугал до усрачки с полдюжины горе-ковбоев на парковке перед баром в Уэйнсвилле: вдавил ствол «беретты» в тощую ковбойскую щеку с такой силой, что потом на ней остался круглый отпечаток. При этом Деймон был трезв как стеклышко…

У Кёртиса такое чувство, будто он много дней подряд мучительно пытался разгадать кроссворд и только сейчас вдруг обнаружил, что самые первые, исходные слова в клеточках были вписаны неправильно. Еще больше подходит сравнение с популярными десяток лет назад «магическими» 3D-картинками, которые можно было увидеть, только правильно сфокусировав глаза, а иначе ты видел лишь скопление точек и черточек. И в данном случае он никак не может поймать правильный фокус. Помнится, у него и прежде не получалось разглядеть проклятые картинки. А сейчас ему не справиться с этим и подавно.

В оконном стекле возникает отражение Кагами: темный силуэт, исполненный звезд в той части, где он перекрывает свет зала. Линзы его очков похожи на две луны в последней четверти, подвешенные во тьме. Кёртис разворачивается и протягивает ему руку.

— Спасибо, что согласились встретиться, Уолтер, — говорит он.

— Без проблем, малыш. Меня это не затруднило. Я здесь внизу решал кое-какие вопросы и только что освободился. Надеюсь, тебе не пришлось ждать слишком долго.

— Да нет. Я любовался видами.