Марина Ли - Детский мир

– Генерал! Вам не кажется, что ваш визит несколько… – ещё один взгляд в мою сторону, и я на секунду умерла, наверное. Ждала удивления, восторга, яростной вспышки, гневного оклика, чего угодно, но только не того, что Сашка посмотрит сквозь меня, не замечая, не видя. Словно я – это только испуганная девочка из Детского корпуса, которой вдруг посчастливилось увидеть самого Цезаря.

– Что ты суетишься? – незнакомец посмотрел на моего брата так, словно страдал от нестерпимой зубной боли. – Надоело.

Незнакомец был либо богом, либо самоубийцей. Никто не смеет так разговаривать с Сашкой, уж я-то знаю.

– Вы забываетесь, генерал, – в Сашкином голосе отчётливо прозвучали нотки едва сдерживаемого бешенства, но приступа ярости не было. Стремления убивать и рвать на куски тоже.

Кто ты, незнакомец, обрядившийся в костюм Цезаря? Мое удивление по полноте ощущений можно было сравнить только со страхом. Который немного стих, когда я поняла что Сашка слишком занят своими мыслями, чтобы в бледненькой ненакрашенной Ёлке рассмотреть цесаревну Ольгу.

– Я? – генерал горько усмехнулся. – Забылась Ариана, когда согласилась на условия твоего шантажа. Я не она. Покажешь дорогу, или мне искать её самому?

Что ответил Цезарь, услышать к сожалению не удалось, потому что его слова были заглушены шелестом дождя и шорохом гравия под ногами.

А потом я почувствовала, как меня обнимают за плечи, прижимают к тёплой груди. Услышала, как Север что-то неразборчиво шепчет над ухом и поняла, что я не могу с этим парнем так поступить. Мысль о Сашке калёным железом выжгла из моего успевшего расслабиться мозга все романтические бредни и всю любовную чушь. Мысль о старшем брате, у которого напрочь сносило крышу, когда он замечал косые взгляды в мою сторону. О человеке, трепетно оберегающем меня от всего много лет. О мужчине, который растил меня для себя. Что сделает Цезарь с Северовым, если узнает о том, как тот относится ко мне, а главное, если догадается, что к парню чувствую я? Нет, это слишком жестоко с моей стороны. Я не могу.

К середине моих невесёлых размышлений Северов заглянул мне в лицо и одной мягкой улыбкой практически разрушил тщательно выстроенную цепь рассуждений. Почти заставил забыть о том, почему мне следует держаться от него подальше.

Не только улыбкой, но ещё и тем, что, глядя в мои растерянные глаза понимающе хмыкнул. Не дал мне возможности что-либо сказать, а подцепив большим пальцем мой подбородок, поцеловал.

И робкая нежность уступила место благодарной страсти. Где-то на периферии сознания промелькнула мысль, что Северовские поцелуи надо разливать в бутылочки и продавать как слабоалкогольный напиток. А потом на смену глубокому поцелую пришла череда лёгких, сопровождаемых срывающимся шёпотом:

– Ты же видишь, что ты для меня…

Сигнал от проклятой калитки заставил почувствовать себя сиротой, потому что поцелуи прервались, а Северов застонал:

– Да что ж за день открытых дверей сегодня?!

За воротами оказалась женщина. Вид у неё был такой несчастный, что я задумалась над тем, точно ли капли дождя блестят на её фарфоровой коже.

– Вы молодой человек, – она смерила Севера долгим взглядом, – Простите, начальник охраны?

– Я? – очевидно, парень смутился, потому что кусочек его шеи, что виднелся между воротником и кромкой волос на затылке, вдруг стал кирпичного цвета. – Нет, что вы… я тут… э?

Я удивлённо приподняла брови и сделала аккуратный шажок в сторону, чтобы спина Севера не загораживала мне обзор. Просто очень хотелось рассмотреть ту, которая заставила его покраснеть.

– Я полагаю, сюда не так давно пришёл один человек… – женщина выглядела немного потерянной. Она нервным движением заправила за ухо выбившуюся из причёски иссиня-чёрную прядь и сморщила аккуратный, немного вздёрнутый носик, словно пыталась не заплакать. – Мне бы… я…

Она посмотрела на меня и судорожно всхлипнула. «Сейчас заплачет», – подумала я, не в силах оторвать взгляда от наливающихся влагой тёмно-голубых глаз. Женщина схватилась за завязки на платье с такой силой, что стали заметны ярко-белые пятна, выступившие на костяшках её стиснутых рук.

– Если вы подождете, я наверное мог бы… – неуверенно проговорил Северов, оборачиваясь ко мне. Не вовремя. Потому что как раз в этот момент из уголка правого глаза женщины выкатилась прозрачная слеза и стремительно понеслась вниз.

В носу у меня защекотало.

– Зачем? – женские губы искривила обида, а подбородок мелко задрожал, намекая на близкую истерику. – Так ведь нельзя…