Ирина Маленко - Совьетика

Гриша вернулся из армии домой – хотя ему предлагали пойти в Москве в милиционеры. Попрoбовал устроиться на завод (устроили по знакомству инженером, несмотря на недоделанный диплом!) – показалось скучно… Учиться дальше тоже не захотелось. Что же, каждому, как говорится, свое… Но Гришу продолжал “пилить “ дома отец, воспитанный в старых традициях: человек без диплома – не человек!…

…Позднее Гриша получил-таки диплом о высшем образовании. Физкультурном. Ему очень “повезло” – новое общество “акул и пескарей” позволило ему “развернуться на полную катушку” и стать одним из богатейших людей (его уровня, конечно!) в нашей области. Ибо КПСС эпохи Горбачева нуждалась в бывших спортсменах для создания своих “мафиозных отрядов” и взятия поборов с только что созданных кооперативов…

Так создавался его “стартовый капитал”… К слову, многие бывшие спортсмены вовсе не хотели этим заниматься, но были вынуждены.

Все это я теоретически о Грише знала, но представляла его себе прежним славным парнем, с которым мы вместе выросли, которому я никогда не “тыкала в нос” тем, что он был троечник, а я – отличница, ибо мы о школе не говорили вообще. И я вовсе никогда не cчитала себя “лучше” или “умнее” него. Мне никогда не приходило в голову, что для него все это так много значит, и что его душевная травма, полученнaя в детстве, окажется так глубока, что он до сих пор стремится “взять реванш”: “показать, на что он способен” своим бывшим одноклассникам, сокурсникам по институту, которых он именует “жалкими инженеришками”…

… Гриша -“шкаф”первый резво примчался к нам, как только я вернулась в “родные Пенаты” после 5-летнего отсутствия. Да не один, а с другом, которого я знала чисто шапочно! Наверно, он думал, что я тоже стала “одной из них”, “успешных”, как именуют себя эти человекоподобные существа.

Он сразу же начала перечислять, сколько всего он приoбрел за эти годы, – и сколько каждое из его приобретений стоило. Хотя я его не спрашивала – я была просто рада его видеть!

Он был удивлен, что это не произвело на меня большого впечателения – я больше хотела узнать, как он сам-то поживает, как наши общие друзья, что нового (не материального!). Он попробовал по-другому – начал перечислять страны, в которых он побывал. Я всегда любила путешествовать и радостно, без зависти, стала расспрашивать его, что интересного он видел там, в Дубаи, на карнавале в Риo, в Таиланде…

Больше, чем “мы с пацанами классно пива выпили и поехали на верблюдах кататься”, мне из него выудить не удалось. Чем он занимался в Таиланде , он вообще предпочел мне не говорить, – сестренка младшая все-таки…

– Ну, а как же ты там с людьми-то, общался? У тeбя теперь, наверно, английский классный, со всеми этими поездками!- не задумываясь, ляпнула я. И тут же поняла по его лицу, что “насыпала соль на рану”.

– Да нет… все так же..- промямлил он.

И начал, в свою очередь, допытываться у меня, как “там”, где я живу. Есть ли у меня свой дом, своя машина? Я, как вам известно, в то время была студенткой и попыталась объяснить ему, что студенты в Нидерландах дома не покупают (может быть , за исключением принцев- членов королевской семьи), и что машина мне не нужна потому, что студенты с понедельника по пятницу могут ездить по всем Нидерландам бесплатно, а в выходные – с 40% скидкой (правда, за это у них ежемесячно вычитают из стипендии), а сеть общественного траспорта там очень хорошо развита. Но он понял меня по-своему – и сразу зачислил меня в отряд “бедных”. И “потерял ко мне коммерческий интерес”.

Я говорю – коммерческий, а возможно, надо бы пояснить, что других интересов – чисто человеческих – у него уже не осталось Ему неинтересно и не о чем. общаться с теми, кто не может быть “полезным для “бизнеса”. Сначала он меня автоматически отнес к этой категории по моему новому месту жительства: вдруг да чем- нибудь окажусь полезной. Но вскоре понял, что ошибся, – и с каждым новым разом, когда я приезжала домой, я видела его все реже и реже.

Конечно, трудно было назвать то, как Сонни и я жили в то время, “богатством”. Но мы были одно время по-настоящему счастливы и с голоду тоже не умирали. И нам трудно было бы объяснить Грише, что его “богатство” – за которое, к тому же, можно каждый день получить пулю в живот – нам, как говорится , “ни уму, ни сердцу”. Да, я хотела бы тогда больше путешествовать. Но не ради же того, чтобы гонять со “своими” пьяными русскими “братками” на верблюдах по пустыне?! И не для посещения борделей с малолетними в Таиланде. Ну, а уж 2 машины, породистый пёс, сидящая дома жена и две квартиры нам были и вовсе ни к чему.