Ирина Маленко - Совьетика

Тетю Женю я тоже обожала с детства – недаром меня назвали в честь нее! Но она-то как раз ни капельки не изменилась, только вышла на пенсию. Тетя Женя была простая, добрая, но боевая по карактеру. Чувствовалась дедушкина порода. «Сейчас как начкаю !» было в ее устах не пустой угрозой, о чем хорошо знал ее супруг. Наверно, такой же стала бы Женька Комелькова из фильма, если бы не погибла в 19 лет на войне.

Мама тети Жени, сестра моего дедушки, рано умерла, отец, донской казак (опять казак!) бросил ее с братьями и куда-то уехал. Его следы затерялись. Ребят взяла к себе строгая наша прабабушка. Потом началась война. Старший брат тети Жени ушел на фронт и пропал без вести, средний – прошел всю войну и остался жить в Белоруссии, а прабабушка умерла в 1942 году. И тетя Женя осталась сиротой в 13 лет – у вернувшегося с фронта после ранения своего дяди, моего дедушки, который вскоре привел в дом молодую жену…

Тетя Женя после школы пошла работать на дедушкин завод и проработала там всю жизнь. Была она в юности очень красивая, смуглая – то ли в отца-казака, то ли потому что родилась в Узбекистане, где ее родители до войны работали. И очень большая модница – чего наш дедушка терпеть не мог. Он даже занавешивал от нее газетами наше большое зеркало.

Но замуж она вышла только почти уже в 30 лет. Я всегда приводила в пример ее мужа в качестве причины, если меня спрашивали, почему я не хожу в парк на танцы.

– Потому что там можно только с такими, как дядя Толик,познакомиться!

Дядя Толик вовсе не был плохим человеком – просто ужасно занудливым. Он был потомственный горожанин, из (обрусевших) ногайских татар, как принц Калаф в сказке Карло Гоцци . Из семьи, в которой все славились умением играть на гармони – и поэтому он изводил Гришу в детстве, заставляя его ходить в музыкалку. Гриша начинал с аккордеона, потом перешел на гитару, потом… – на бокс, а потом уже – на каратэ…

Дяде Толику не нравились увлечения сына. Он хотел, чтобы из Гриши вышел дипломированный инженр – и «пилил» его за «тройки» днем и ночью. Сам дядя Толик был рабочим на заводе сантехники. В свое время он служил в армии в Германии,но по-немецки знал только два слова: «шнапс» и «фроляйн». Он был очень привязан к моему дедушке и всегда с нетерпением ждал следующих праздников – когда им снова будет можно вместе выпить.

Когда мы с Сонни приехали в наш город, дедушки уже не было, и дядя Толик искал себе нового подходящего партнера по выпиванию на праздники. Познакомившись с Сонни, он незамедлительно решил, что такой человек наконец-то найден! Но Сонни, уже хлебнувший один раз нашей водочки, на провокации не поддавался…

Когда дядя Толик выпьет, он становится похожим на Попандопуло из «Свадьбы в Малиновке»:

– И що это я в тэбэ такой влюбленный? – и лезет целоваться ко всем, включая лиц одного с ним пола. Все мы знаем за ним эту особенность и стараемся в такие моменты держаться от него на расстоянии. А Сонни вырос в обществе, где не то что поцелуи, а даже дружеские объятья между мужчинами истолковываются совершенно однозначно. Если бы вы видели, с какой скоростью он бежал от дяди, надеясь скрыться от поцелуев последнего в туалете!!

Я с детства чувствовала, что подспудно в дяде Толике сидит что-то нехорошее – только оно не проявляется наружу потому, что он и сам об этом не подозревает. А теперь вдруг выяснилось, что я была права: оказывается, старик теперь запирается часами в Гришиной комнате, смотрит на видео всю порнуху, которая у того только есть, и вздыхает:

– Эх, жалко, я этого всего в молодости не знал! Да я тогда тебя бы, мать…- обращаясь к тете Жене. Которая ему тут же начкала – тетя Женя у нас таких «эксприментов» не потерпит!

Хорошо, что он прожил свою жизнь в СССР! Глубоко уверена, что чем с меньшим количеством грязи соприкасается по жизни человек, тем меньше грязных наклонностей открывает он и в себе, тем меньше задумывается над всякой дрянью: человеку духовно чистому по своему воспитанию просто не придут в голову многие извращения, которые «свобода» услужливо сует людям буквально в нос, под лозунгом «шире круг!» Шире круг маньяков, насильников, педофилов и прочих отклонистов! Шире круг тех, кто видит в других людях только предметы для удовлетворения собственных потребностей! В Британии педофилия уже, кажется, превратилась в национальный вид спорта наряду с крикетом.

Я не согласна с теми, кто говорит, что все эти «новоприобщившиеся», мол, «все равно стали бы такими». Это все равно, что говорить о наркомане, что он все равно стал бы наркоманом, даже если бы ему никто и не подсунул наркотик. Да, жизнь не идеальна, но к идеалу всегда надо стремиться. Да, на огороде всегда будут расти сорняки, но это не значит, что надо все бросить, повесить мотыгу на гвоздик и их не выпалывать – ведь «все равно вырастут», ведь это «естественное состояние огорода»…