Мишель Ричмонд - Брачный договор

– У вас такое наказание – защищать меня в этой пародии на суд?

– Да, первая провинность. Я признала свою вину и согласилась на двенадцать дней отработки. Я профессионал, вы в хороших руках. Мои услуги стоят очень-очень дорого, – улыбается она. – Хотя для вас – бесплатно.

От Элизабет пахнет ореховым шампунем. Этот аромат успокаивает. Больше всего мне хочется положить голову ей на колени и уснуть.

– Моя жена тоже юрист, – бормочу я.

Я представляю Элис дома, во фланелевой пижаме. Она пьет кофе, читает, сидит за столом, смотрит на дверь и ждет меня. Я не жалею о том, что женился на ней. Даже сейчас, даже сегодня, даже несмотря на отзвук разряда во всем теле и головную боль. «В болезни и в здравии…» Ни о чем не жалею.

Снова закрываю глаза и вижу Элис. Вот наш медовый месяц, свадьба, поездка в ее родной город, кольцо, которое я носил с собой в кармане. Вроде бы ничего особенного. Ну, камешек и камешек на металлическом ободке, симпатичный, ужасно дорогой. Но пока кольцо лежало у меня в кармане несколько дней, оно приобрело для меня какое-то магическое значение. Мне казалось, что оно обладает волшебной силой, что я очарую Элис, надев кольцо ей на палец. Кольцо казалось мне талисманом, который сделает Элис моей. Теперь-то я понимаю, как я был наивен.

Я открываю глаза. Элизабет вернулась за стол и что-то пишет в блокноте. Увидев мой взгляд, она улыбается.

– Мои двенадцать дней тут обещали быть легкими. Первые десять так и было. Обвиняемые признавали свою вину, все было четко и ясно. Я старалась смягчать приговоры, меня благодарили. А теперь вот это. – Она постукивает ручкой по блокноту.

– Простите. Можно позвонить жене?

Она быстро пишет что-то в блокноте и дает его мне. «Плохая идея!» Потом отрывает листок, комкает и показывает на свое ухо. Нас подслушивают.

Музыка по-прежнему играет. Теперь Spandau Ballet [31] Британская группа, созданная в 1979 году и конкурировавшая с Duran Duran за внимание американских и европейских слушателей. .

Элизабет снова пересаживается ко мне и тихонько говорит:

– Судья – болван. Он из суда второго округа [32] Федеральный суд апелляционной инстанции США, рассматривающий дела в штатах Вермонт, Коннектикут и Нью-Йорк. . Вообще не представляю, как его сюда занесло. Читала я его вердикты. Любит компромиссы и когда с ним соглашаются. Вам надо хоть в чем-то признаться.

– Да в чем угодно, лишь бы выбраться отсюда.

– Джейк, совершили ли вы какие-нибудь ошибки за то время, что состоите в браке?

Я думаю с минуту.

– С какой начать?

За неделю до знакомства с Элис я снял коттедж в Си-Ранч – маленьком курортном городке в трех часах езды от Сан-Франциско. Это был мой подарок самому себе за то, что я выдержал архисложный год интернатуры в клинике. Я выбрал и забронировал онлайн маленький домик – кухня-столовая и спальня на втором уровне.

По пути туда я заехал в книжный магазин в Петалуме, в пекарню в Себа́стополе, купил продукты в Гернвилле, а потом чуть быстрее, чем нужно, ехал по горной дороге вдоль скалистого берега. Я должен был забрать ключи и подписать документы в риелторской конторе рядом с байкерским баром в Гуалале. Но когда я приехал в контору, там никого не оказалось.

Я сидел и читал журналы о недвижимости, пока наконец не пришла риелтор – бледная молодая женщина. Был вторник, зима, наверное, коттеджем никто не интересовался несколько месяцев. На улице начался дождь. Риелтор принялась искать ключи от коттеджа. Проискав двадцать минут и несколько раз извинившись, она объявила, что произошло недоразумение. Как назло, накануне в коттеже провели дезинфекцию. Взамен она дала мне ключи от виллы под названием «Две скалы» в соседнем городке, объяснила, как туда доехать, и когда я уже уходил, сказала:

– Вам там понравится.

Проехав пять миль по дороге, освещаемой только полной луной и россыпью ярких звезд, я свернул на темную улочку, обсаженную эвкалиптами. Улочка переходила в подъездную дорожку, а дорожка вела к огороженной территории. На самом берегу океана стояла огромная вилла с гостевыми домиками по бокам. Сразу за воротами располагалась площадка для игры в бочче, а чуть поодаль – сауна, пахнущая кедром.

Огромная территория вполне годилась для масштабного празднования любого достижения, но в доме было холодно и пусто, и я впервые в жизни остро ощутил одиночество.

Из панорамных, во всю стену, окон гостиной открывался вид на океан. Посередине комнаты стоял телескоп, а на полке высилась стопка книг о путях миграции китов. Все следующее утро я смотрел в телескоп, напрасно надеясь увидеть заветные фонтанчики в океане.