Герман Садулаев - Таблетка

«Но как?»

«Петь и танцевать. И просить Бога, чтобы он Сам придумал, как вызволить нас из материального плена».

«И что? Чем кончился диспут?»

«Собственно, ничем. Или не кончился. Как и все диспуты. Первых, вторых и этих, отравленных вне очереди, философов изучают в курсе истории индийской мысли. А третьи до сих пор».

«Что „до сих пор“?»

«Поют и танцуют».

«Ты зачем мне это всё рассказал?»

«Я думал, что знаю, зачем. Пока ты не спросил. Лина права, у тебя сегодня действительно День глупых вопросов».

Максимус опять закурил – уже четвёртую – сигарету. Во рту стало горько, и он выбросил её, едва затянувшись.

Внутренний автор продолжил по существу:

«Я бы сказал так: материальный мир реален. И представления о мире тоже реальны. Только мир делают в Китае, а представления о мире делают в Голландии».

«А зачем?»

«Как „зачем“? Чтобы накручивать свой процент!»

«Но почему миру, сделанному в Китае, вообще нужно представление о нём, сделанное в Голландии?»

«Потому что в Голландии сделано такое представление о мире».

Вежливое северное солнце выглянуло из пелены облаков на горизонте и пробралось в домик на окраине города Драхтен, Нидерланды. Его мягкие лучи скользнули по экономичной шведской мебели и с максимальной политкорректностью тронули помятое лицо на зелёной подушке. Петер Нильс проснулся.

– Ah, Holly shit! [115]– с удовольствием выругался господин Нильс и потянулся на тахте с ортопедическим матрасом.

Это неправильно, когда Нидерланды называют Голландией. Кроме голландских провинций, в страну входит Фрисландия – её жители считают себя отдельной нацией и говорят на своём языке, близком к английскому. Нильс был фрисландцем. И ругался только на английском языке.

Петер Нильс – экспорт-менеджер, ответственный за поставки в Россию в компании «French Fries Frozen», или FFF. Triple F – как называют компанию люди, не случайные на рынке замороженных продуктов. Triple F – лидирующая компания в Нидерландах по производству и продаже замороженного картофеля фри. История компании, согласно официальной версии, уходит своими корнями в далёкое славное прошлое морских разбойников, завоевавших Британские острова ещё до нашествия норманнов. A furure Normannorum libera nos Domine. [116]

Как пишет в «Церковной истории народа Англов» Беда Достопочтенный: «В год от воплощения Господа 449-й Маркиан, сорок шестой от Августа, стал императором после Валентиниана и правил семь лет. В это время народ англов или саксов, приглашённый Вортигерном, приплыл в Британию на трёх кораблях и получил место для поселения в восточной части острова, будто бы собираясь защищать страну, хотя их истинным намерением было завоевать её. Сначала саксы сразились с врагами, нападавшими с севера, и одержали победу. Известия об этом вместе со слухами о плодородии острова и о слабости бриттов достигли их родины, и вскоре оттуда отплыл много больший флот со множеством воинов, которые соединились с теми, кто уже был на острове, в непобедимую армию. Новоприбывшие получили от бриттов земли по соседству с ними на условиях, что они будут сражаться против врагов страны ради её мира и спокойствия и получать за это плату. Они вышли из трёх сильнейших германских племен – саксов, англов и ютов. Говорят, что первыми их предводителями были два брата, Хенгист и Хорза. Хорза позднее был убит в сражении с бриттами, и в восточной части Кента до сих пор стоит монумент с его именем. Они были сыновьями Витгисля, сына Витты, сына Векты, сына Водена, к которому восходят правящие роды многих провинций».

Основатели компании Triple F вели свою родословную то ли от Хенгиста, то ли от Хорза, а происхождение своего первоначального капитала, соответственно – от грабежей бриттов.

Беда Достопочтенный так далее описывает подвиги континентальных завоевателей на островах:

«…Упомянутые народы хлынули на остров, и вот уже число пришельцев возросло настолько, что они начали наводить ужас на призвавших их местных жителей. Внезапно они заключили временное перемирие с пиктами, которых до этого разбили и прогнали, и повернули оружие против своих союзников. Сначала они заставили бриттов снабдить их большим количеством пищи, потом же, ища предлога для ссоры, потребовали ещё припасов, угрожая иначе разорвать договор и опустошить весь остров. И они не замедлили исполнить свои угрозы; поистине, огонь, зажжённый руками язычников, стал мщением Божьим тому погрязшему в грехе народу, подобно огню халдейскому, что сжёг стены и дома Иерусалима. Так и здесь праведный Судия определил, чтобы огонь этого свирепого вторжения охватил все здешние города и всю местность от восточного до западного моря и пылал, не оставляя никакого укрытия, пока не пожрал почти весь этот обречённый остров. Частные и общественные здания лежали в руинах, священников повсюду убивали у их алтарей, прелаты и народ равно без всякого различия предавались огню и мечу, и некому было даже похоронить тех, кто принял жестокую смерть. Изгнав или рассеяв жителей острова, враги вернулись домой…»