Эмиль Брагинский - Суета сует

– Мама, наш папа – прошедший этап, а я тебе должна сообщить…

– И прошедший и, быть может, будущий! Он готов был меня растерзать, он меня любит!

И только сейчас Наташа очнулась.

– И ты его пустишь обратно?

– Конечно, я с ним прожила двадцать лет.

– Девятнадцать!

– С годами люди в ком-то нуждаются. Подожди. – Марина Петровна решительно предупредила попытку дочери заговорить. – Да, я знаю его недостатки, но, сложенные вместе, они превращаются в достоинства.

– А ты уверена, – язвительно спросила Наташа, – что он снова не сбежит к толстухе?

– Знаешь, как говорится, хорошо там, где нас нет, а он побывал там, где нас нет, и понимает теперь, что лучше там, где мы есть! Суета сует…

Раздался звонок. Наташа посмотрела на мать.

– Наверное, Вася! – беспечно сказала Марина Петровна.

– Откуда ты знаешь?

– И знаю, и догадываюсь!

– Мама, – тихонько призналась Наташа, – возможно, даже очень возможно, что я его люблю!

– Ну, это уж черт знает что! – мгновенно вспыхнула Марина Петровна. – У меня, вероятнее всего… нет, почти наверняка, восстанавливается личное счастье, а ты вот так по голове – бесчеловечно, без подготовки, без обработки – бах – люблю!

– Мама… ты не волнуйся, ты мне лучше посоветуй, что делать?

– Что делать? – Марина Петровна на секунду задумалась. – Во всяком случае, не держать его на лестнице, а впустить в дом!

Она сама открыла дверь и… замерла от удивления.

За дверью из-за груды чемоданов, коробок, пакетов улыбались Серафима Ильинична и Яков Андреевич.

– Здрасьте, родственнички! – почти пропел Яков Андреевич. Обнял оторопевшую Марину Петровну и расцеловал в обе щеки. – Здравствуй, доченька. – Он проделал то же самое с окаменевшей Наташей.

– Здрасьте, родные. – Теперь полезла целоваться Серафима Ильинична. – Яша, тащи вещи в квартиру! Где Вася? Пусть поможет!

– Васи нет! – сухо сообщила Наташа.

– Ничего, обождем! – Яков Андреевич уже перетаскивал чемоданы. – Нам торопиться некуда, мы недели на две, не больше!

– На две недели! – эхом отозвалась Марина Петровна. – И главное вовремя!

– А где Вася-то? – спросила Серафима Ильинична.

– Наверное, на работе! – ответила Наташа. – Или у себя в общежитии!

Стало тихо, Яков Андреевич взялся за чемодан.

– Поехали обратно на вокзал! – Серафима Ильинична взялась за другой чемодан.

– Поставьте ваши чемоданы! – неожиданно громко потребовала Марина Петровна. – Наташа обрадовалась! Поглядите на нее – видите, какая она счастливая!

Серафима Ильинична и Яков Андреевич как по команде поставили чемоданы и поглядели на мрачную Наташу.

– Она не улыбается, – продолжала Марина Петровна, – потому что взволнованна, а то, что молчит, – влияние Васи, он всегда молчит!

– Это верно… – осторожно поддержал Яков Андреевич.

– Пока они не расписаны, Вася не может здесь жить, я этого не допустила. Все должно быть по правилам! Вы согласны?

– Я согласна! – осторожно сказала Серафима Ильинична.

– И я тоже! Согласен! – поддержал Яков Андреевич.

– Наташа, пригласи ужинать! – попросила Марина Петровна.

– Мама, – Наташа наконец-то улыбнулась, – последнее время ты меня постоянно изумляешь. Гости, пожалуйста, ужинать!

– Сейчас, – сказал Яков Андреевич, – только я вещи внесу!

– Вещи внесу я! – Вася появился в дверях. – И если меня позовут, тоже поем!

– Тебя позовут! – грустно улыбнулась Марина Петровна. – У родителей всегда нет выхода!

В зале для торжественной регистрации брака Марина Петровна стояла, гордо выпрямившись.

Жгуче-алая лента пересекала Марину Петровну по маршруту плечо – грудь – талия – верхний край бедра. В этом месте лента пряталась за спину.

– Дорогие молодожены! – говорила Марина Петровна, и ее голос трепетал. – В вашей жизни сегодня самый радостный и самый счастливый день. Вы вступаете в новую жизнь. Теперь по большому жизненному пути вы пойдете рядом! Будьте счастливы!

Она отерла увлажнившиеся глаза и в проеме двери увидела мужа. Вид у мужа был сомнительный – глаза затравленные, галстук сбился набок.

Марина Петровна быстро подошла к Борису Ивановичу.

– Ну? – спросила Марина Петровна. – Ты принес паспорт и заявление? А сегодня я не развожу, сегодня только регистрирую!

– Я ничего не принес! – сказал Борис Иванович. – Марина, возьми меня обратно!

– Я об этом подумаю, – пообещала Марина Петровна, – но почему у тебя такой взлохмаченный вид? Она тебе задала трепку?