Полумрак - Книга Натаниэля

Из-за небольшого холмика вынырнул бормочущий. Он подошел к Натаниэлю и выжидающе уставился на него.

– А это-то кто?… – спросил Иуда у поднявшегося со вздохом Сатаны.

– Иоанн, – ответил Сатана, – Креститель. Плюнь.

Иоанн послушно плюнул на подставленный Сатаной платок, и тот принялся стирать с лица Крестителя пепел.

– А здесь-то он что делает?… – поразился Иуда. – Что, с Самим что-то не поделил?… По профессиональной части?…

Сатана пожал плечами.

– Ему тут вроде нравится, – сказал он. – Ну вот. Кто у нас тут такой чистый?… Давай. – скомандовал он.

Креститель послушно высморкался, да так, что сияющий обруч закачался из стороны в сторону.

– Молодец, – похвалил его Натаниэль, комкая платок. – Беги.

Креститель сорвался с места и заскользил вверх по склону. Сатана выбросил платок и закурил.

– А что он бормочет?…

– Не знаю, – сказал Сатана, – не слушал никогда. Может, привычка. Говорить нечего, а привычка осталась. Вы, люди, все – сплошная речь. Диалоги, монологи. Описания природы.

Иуда встал с колен. Ему стало трудно дышать.

– Если мы речь, ты тогда кто?… – спросил он.

– Я, – вздохнул Натаниэль, снял очки и пристально посмотрел на Иуду, – сила, которая вечно хочет как лучше, и вечно делает как всегда.

Иуда схватился за горло, не в состоянии вдохнуть. Голова пошла кругом.

– А ты уверен, что повесился?… – ухмыльнулся Сатана. – Первый раз вижу, висельника, который себя не обделал.

Иуда царапал горло обломанными ногтями, его лицо налилось кровью.

– Ладно, – через поплывшие перед глазами цветные пятна он увидел махнувшего ему рукой Сатану. – Даст Бог, свидимся.

Иуда провалился в бездонный колодец, что-то резко дернуло его вверх и он открыл глаза.

Перед его лицом покачивались осиновые листья. Поглядев вверх, Иуда увидел ободранную соскользнувшей от основания веревкой ветку. Он почувствовал, что стоит на земле, потом почувствовал, что веревка слишком туго сдавливает его горло и торопливо встал на цыпочки, чтобы давило не так сильно.

Распутывая непослушными, кажущимися очень толстыми, пальцами тугой узел у левого уха, Иуда слушал как поют птицы, как свистит ветер, жадно втягивал ноздрями воздух, смотрел через слезы на ослепительно белое солнце.

– Даст Бог, – сказал он хрипло, распутавшись и ощупывая себя, – свидимся. Не дай Бог, конечно.

– Поговорить с духом?… – переспросил Пророк. Он пристально посмотрел на Гамлета. – Конечно у нас можно поговорить с духом. Мы это делаем. Мы на этом специализируемся.

Гамлет выдохнул.

– Что для этого нужно? – спросил он.

Пророк поднял глаза к потолку.

– Деньги, – сказал он, изучая затянувшую потолок паутину, – да, деньги. Мы делаем это за деньги.

– Кто «мы»?… – удивился Гамлет.

– Мы с духами. – сказал Пророк.

Гамлет пожал плечами.

– Деньги не проблема.

– «Деньги не проблема» как «заплачу сколько надо» или как «деньги не проблема, всё равно их нету»?… – уточнил Пророк.

Гамлет молча отстегнул от пояса кошелек с золотом.

– Ага, – сказал Пророк, глядя на кошелек и облизывая губы, – хорошо. Значит к делу. К делу?…

– К делу, – подтвердил Гамлет.

– Может, чая? Вина?… – предложил Пророк. – Еще пара минут обмена остроумными репликами?…

– Ты будешь вызывать духов или нет?… – раздраженно спросил Гамлет.

– Буду, конечно. Где же это лучше…

Пророк обернулся и оглядел комнату, заполненную старой пыльной мебелью.

– Ну можно и прямо здесь. – Он уселся на ковер, скрестив ноги, – Присаживайся.

Гамлет сел рядом. Пророк взял его за руки.

– Закрой глаза. – сказал он. – Погрузись в себя. Представь бесконечную пустоту и сияющую белую точку.

Гамлет сосредоточенно наморщил лоб.

– Представь, что погружаешься в эту пустоту. Пускай для тебя не будет времени, пространства, забудь всё, пускай для тебя существует только точка.

Гамлет стремительно провалился в черный колодец без стен. Он несся то ли вверх, то ли вниз навстречу точке, которая становилась всё больше, при этом не меняясь.

«Что за чушь!» подумал Гамлет и открыл глаза.

Пророк смотрел прямо на него.

– Поздравляю! – воскликнул он. – Ты только что говорил с духами. Пока ты пребывал в их мире, здесь прошло два часа.

Гамлет посмотрел на не осевшее ещё облачко пыли, которое он поднял, когда садился.

– Прошло секунд десять.

– Прошло два часа, – сказал Пророк с упорством.

– Может, пятнадцать, – сказал Гамлет, – но скорее все-таки десять.