Владислав Дорофеев - Выкидыш

Самовыражение. Человек хочет кем-то быть. Ну, хоть раз в жизни. Ангелом, лосем, женщиной, сказочным героем, великим воином, чертом, птицей, конем.

И второе доброе назначение карнавала. Это, – конечно же, демократичность.

Демократичный карнавал в одном ряду с демократичными народными банями и демократичным правом на абсолютную скорость на автобанах.

Бани, карнавал и автобаны – уравнивают всех немцев. Все три института позволяют каждому немцу вс ё иметь и всё сделать.

Ах, как же сложно понять иные народы! Что может быть тяжелее и важнее?! Понять мотивацию поступков иных народов и отдельных представителей иных народов.

Разверстые пасти, пьяные рожи, агрессивные движения, одурманенные глаза – это все немцы на карнавале. Противно до одури. Вспоминать противно. Еще противнее присутствовать при этом. Это как если бы подглядывать за человеком в туалете – любопытно поначалу, затем противно.

А эти еще орут истошно и самозабвенно – «Alaaf» ! Они орут – «Alaaf» !

Разверстые пасти, масляные толстощекие рожи, пустые, злые, тупые глаза, источающие агрессию на всякого, кто помешает им вкушать удовольствие от жизни.

Каждый из них по отдельности хорош и интересен! Каждый из разрушает мифы, стереотипы и стандарты, среди которых он живет, дышит, спит, ругается, растет и ненавидит, иногда любит, но почти никогда не имеет откровения. Но этого от него и не требуется. Был бы послушен, работоспособен, типичен и целеустремлен.

Но вместе они невыносимы. Злы, агрессивны, орут и пьют, бьются за конфетки, бросаемые им из процессии.

Всего пять дней в году – столько длится карнавал! – рядовой немец может быть странным, ни на кого не похожим, пьяным, хулиганистым и беспечным. Пять дней и вся жизнь.

Карнавал – занятие ублюдочное, обязательное для большинства. Как на тебя соседи посмотрят, если ты будешь не как все?!

Всего пять дней в году в Германии можно все. В России таких дней 365.

Нечто похожее я переживал уже в советское время – советские демонстрации. Советская идея, конечно, иная, искусственная, но большинству нравились сами шествия, нравилась совместность, нравилось ощущение праздника. Возможность вместе выпить, погулять, поговорить и, конечно, ощущение силы в коллективе.

И все же карнавал – это свидетельство отличного душевного здоровья нации. Как милы они все по отдельности, возвращаясь домой. Немцы. И как же противны они вместе.

Карнавал заканчивается сегодня. Пять дней праздника легкости, самовыражения, развлечений, игры во вседозволенность и скотства. Что осталось в памяти?

Да! нация без комплексов. Да! с невероятным душевным здоровьем. Города превращаются в единое театрализованное действие. Ожили сказочные персонажи. Детские сказки пришли в сегодняшний день из сознания и памяти немцев. Оттуда же вышли исторические персонажи. Очень много из эпохи принадлежности части германских земель французам, например, мушкетеры и дамы королевского двора. Чуть меньше римских легионеров, которые остановились две тысячи лет назад на Рейне, но их поступь, звук их шагов до сих пор разрывает мембраны немецких обывателей. Очень много францисканских монахов в коричневых мешковатых балахонах с капюшонами. По улицам поползли, запрыгали, полетели животные, насекомые, разные гады из жизни, из фильмов, из сказок, и из немецкой фантазии. Очень много клоунов и шутов, в костюмах арлекино-пьеро, средневекового рыночного кукольного театра и вышедшего из недр сознания немецкого обывателя. Популярны современные киноужастики и кинофантазии (например, фильм «Звездные войны»), – я даже заприметил Чарли Чаплина, надо сказать очень удачного, – и языческие герои – звездочеты, ворожеи, колдуны и колдуньи. Интересно, что в обыденном представлении все они похожи стилистически, поведенчески, смыслово.

И видимо не случайно, что немецкий карнавальный театр из мыслимых и немыслимых персонажей более всего отдает предпочтение чертям. Чёрт-Он, чёрт-Она, черти-Дети, черти-Родители, чёрт-Она на выданье, чёрт-Он в поисках. А потому рожки – любимый атрибут взрослых и детей.

И, конечно, черт в гуще карнавальной жизни. Не случайно в конце тридцатых годов двадцатого столетия во время кельнского карнавала иудеев/евреев не только пародировали, но и громили синагоги.

Главного нет в Германии!

Духовности нет. Нет всепрощения, всепонимания и всеобщей любви. И потому нет легкой всеобщей радости и светлой печали от прошедшего праздника. Настоящий русский народный праздник – это всепрощение, все понимание, а не только игра. А немецкий карнавал – это праздник самовосхваления и глумления.