Абель Крус - Моя вторая мама (Сериал). Книга 2

- Мне больно смотреть на нее, она наверное, много страдала.

- Может быть, в конце концов ты ее простишь? - предположила Даниэла.

- Я очень любил ее, но трудно забыть, что она сделала.

Алехандро посмотрел Даниэле в глаза:

- Ты ведь и сама не можешь простить Хуана Антонио.

- Это совсем другое, - нахмурилась Даниэла. - У него будет ребенок. И кроме того, мне не хочется пережить новое разочарование. Я предпочитаю верить, что он любит меня, думает обо мне, но не может быть со мной из-за серьезных обстоятельств, чем убедиться в его равнодушии ко мне.

- По правде говоря, я тебя понимаю.

- Чувства незачем понимать, их просто переживают, - улыбнулась Даниэла.

- Послушай, если бы ты только захотела, мы могли бы… - начал Алехандро.

Но Даниэла прервала его:

- Нет, не надо обманывать себя. Мы с тобой познакомились в тяжелое для нас обоих время, но жить вместе мы не могли бы.

- Только время в состоянии решить это, - назидательно произнес Алехандро.

Даниэла ничего не ответила. Помолчав, она сказала:

- По крайней мере дай своей жене возможность объясниться.

- Бывают случаи, когда человек теряет это право, - мрачно произнес Алехандро.

- Я тебя понимаю. Но пойми и ты: она нужна твоему сыну. И подозреваю, что тебе тоже, - проникновенно сказала Даниэла.

Наступило молчание. Сделав над собой усилие, Алехандро произнес:

- Я попытаюсь. Обещаю тебе.

- Карлитос будет тебе очень благодарен.

- Да, - понурился Алехандро. - Мы, взрослые, иногда забываем, как бываем нужны нашим детям.

- Вот именно, - подтвердила Даниэла. - И нет ничего важнее семьи.

Они выпили кофе и заговорили о знакомых.

- У Джины и Фелипе сейчас такие замечательные отношения, каких у них не было со времени свадьбы, - весело заметила Даниэла.

- Вот видишь, жизнь все-таки можно начать сначала, - ухватился за эту мысль Алехандро. Он продолжал думать о своем. - Даниэла, пойми, я люблю тебя, я действительно тебя люблю.

- Алехандро, я думала, мы обо всем договорились, - укоризненно произнесла она.

- Подожди, дай мне закончить, - Алехандро отставил в сторону чашку. - Я клянусь, что желаю тебе счастья. Совершенно очевидно, что ты, не переставая, думаешь о Хуане Антонио.

Даниэла кивнула.

- Так перестань же себя мучить. Объяснись с ним.

- Я же тебе все объяснила, и потом, боюсь, что он уже потерял желание добиваться меня. Уже давно я о нем ничего не слышала.

- Разыщи его! - сказал Алехандро. - Подозреваю, что мы с тобой мазохисты. Нам нравится мучить себя. А для оправдания мы говорим, что все дело в гордости и достоинстве.

Даниэла засмеялась. Ей вдруг показалось, что слова Алехандро не так уж далеки от истины.

Эдуардо и Моника вышли из университетского городка. Они решили пройтись пешком. Погода была замечательная, они взялись за руки и весело шли через оживленную толпу молодежи.

- Папа поможет мне купить машину, - сказал Эдуардо. - Думаю, ему уже надоело, что я все время езжу на его автомобиле.

Моника повернулась к нему и легонько стукнула Лало по лбу:

- Какой же ты глупый. Я тебе тысячу раз говорила, что мы можем ездить на моей машине. Она ведь стоит в гараже без пользы.

Эдуардо растерялся. Ему казалось стыдным пользоваться машиной невесты.

- Я… Я не умею водить, - не нашел он сказать ничего лучшего.

Моника рассмеялась.

- Не сочиняй. Лучше купи мне шоколадку.

Они обнялись и пошли к киоску со сластями.

В холле гостиницы было многолюдно. К лифту прошествовала шумная группа туристов из Европы. Проводив их глазами, мужчина в светлом костюме подошел к стойке регистрации и попросил проверить, остановился ли в отеле некий Альберто Сауседо.

- Нет, такой у нас не регистрировался, - ответил служащий, пробежав глазами список.

- Вы уверены? - поднял брови мужчина. - Я только что видел, как он вошел сюда.

Служащий пожал плечами:

- Должно быть, он зашел навестить кого-нибудь.

- Вы так думаете? Ну что ж, спасибо.

И мужчина отошел от стойки. Он сел в кресло, откуда хорошо был виден выход и, достав газету, стал делать вид, что читает. Но каждые несколько секунд он поднимал глаза и внимательно смотрел на всех входящих и выходящих.

Мануэль из клиники заехал к Федерико. Тот оказался дома вместе с матерью. Отказавшись от кофе, который предложила Арселия, он положил руку на плечо Фико и сказал, глядя прямо ему в глаза:

- Я не сразу решился сообщить тебе, но все же подумал, что ты должен все знать. Летисия умерла.

У Федерико потемнело в глазах. Если бы не твердая рука Мануэля, он упал бы. Придя в себя, Федерико проговорил: