Абель Крус - Моя вторая мама (Сериал). Книга 2

- Все-таки я никогда не забуду Ракель. Она была чудесной женщиной. С ней я был совершенно счастлив, мы были как одно целое.

- Да, наверное, это хорошо. Мне это незнакомо. У нас с Рамоном все было иначе, - сказала Сония, присаживаясь рядом.

- Наверное, любовь бывает очень разной, - посмотрел на нее Мануэль.

- Я тоже так думаю. Такой же разной, как сами люди.

Раздался телефонный звонок. Сония сняла трубку.

- Да? Да? В какой клинике? Да, да, Мануэль у меня. Мы сейчас же едем.

Она положила трубку и тревожно взглянула на Мануэля.

- Что случилось? - спросил он.

- Летисия рожает.

- Поехали. - Мануэль, не раздумывая, встал.

Хуан Антонио сидел в приемной, и, когда появился врач, он встал ему навстречу.

- Ну что, уже родила?

- Нет, мы сделали все, что в наших силах, чтобы роды прошли нормально, но боюсь, что все же придется делать кесарево сечение.

Врач с состраданием посмотрел на Хуана Антонио и вышел.

- Тужьтесь, сеньора, тужьтесь, - говорила акушерка. - Еще, еще, сейчас покажется ваш ребенок. Тужьтесь, тужьтесь.

Она посмотрела на врача.

- Доктор, дело плохо, ребенок обмотался пуповиной. Будем делать кесарево?

Врач кивнул, и все, кто был в операционной, забегали, готовясь к операции…

Врач вышел с опущенной головой. Хуан Антонио стоял рядом с Мануэлем и Сонией. Все трое встревоженно смотрели на хирурга

- Крепитесь, она умерла.

- А ребенок?

- Ребенок жив. Мы сделали все, что могли. Простите. Ее сердце не выдержало.

Хуан Антонио схватился за голову, Сония обняла его:

- Ты ни в чем не виноват, не казнись.

- А из ее родных никого нет? - спросил Мануэль.

- Ее отец сказал, что немедленно выезжает, - ответил Хуан Антонио.

В этот момент появился Роберто. Он бежал по лестнице ипоэтому запыхался.

- Ну что, родила? - спросил он, подходя к Хуану Антонио.

Тот опустил глаза и глухо произнес:

- Летисия умерла.

- Что вы сказали? - не поверил отец. - Что? Не может быть!

Он прислонился к стене и зарыдал:

- Боже мой, Боже мой, Боже мой!

- Пришлось сделать кесарево сечение, иу нее остановилось сердце. А с девочкой все в порядке, - объяснил Хуан Антонио.

Отец Летисии отвернулся к стене, плечи его содрогались от рыданий. Хуан Антонио смотрел на него ине знал, что сказать. Мануэль и Сония тоже молчали.

Врач предложил Роберто пройти к телу его дочери. Тот покорно проследовал за ним. Увидев мертвую Летисию, лежавшую на кровати, он сел рядом и стал гладить ее по голове, приговаривая:

- Дочка моя, бедная моя девочка! Никогда ты не понимала жизнь, не хотела принять вещи такими, какие они есть. Одно утешение - теперь ты обрела покой. Я так любил тебя, дочка.

Слезы текли по его лицу, капали на рубашку, но он не обращал на это внимания…

В приемной Хуан Антонио говорил Сонии и Мануэлю:

- Мне искренне жаль отца Летисии, сразу видно, что он хороший человек. И такая у него дочь!

- А почему он приехал один, без жены? - удивился Мануэль.

- Наверное, она не захотела ехать, - ответил Хуан Антонио.

- Господи, и откуда берутся такие бессердечные люди? - спросила Сония.

- Не знаю, - сказал Хуан Антонио. - Но факт есть факт - они существуют.

Когда Роберто вернулся домой, его жена и сын смотрели телевизор. Они даже не заметили, что Роберто убит горем. Не отрывая глаз от экрана, Анхелика спросила:

- Она так быстро родила? Мальчик или девочка?

Мигель издал смешок:

- У Летисии могло родиться только чудовище.

- Девочка, - тихо произнес Роберто.

- Вот как, - равнодушно сказала Анхелика. - Надеюсь, она не будет похожа на Летисию.

- Летисия умерла, - сказал Роберто.

- Перестань, нашел время шутить, - с досадой отмахнулась Анхелика.

- У нее остановилось сердце при родах.

- Что?! - подняла голову Анхелика. До нее вдруг дошло, что сказал Роберто.

Он сделал несколько шагов и снова повернулся к жене и сыну, в ужасе смотревшим на него:

- Можете радоваться, Летисия вам больше никогда не будет досаждать.

И, заплакав, Роберто вышел. Анхелика тоже зарыдала. Мигель был в растерянности. Он никогда особенно не любил сестру, но трагедия тронула его сердце.

Даниэла ничего этого не знала. Вечером Алехандро пришел к ней в гости. Ему пришлось рассказать, что вернулась его жена. Даниэла спросила, как повел себя Карлос.

- Когда он увидел ее, то бросился к матери на шею изаплакал.

- Конечно, он ведь любит ее. Хотя Карлитос крепился, но было видно, что он скучал по ней.

Алехандро вздохнул: