Джонатан Летем - Бастион одиночества

Но главное не в том, что структура композиций пятидесятых годов не соответствовала свободолюбивым соул-голосам, которые только-только обнаружили свою силу. А в том, что студии, записывавшие соул шестидесятых — «Мотаун», «Ви-Джей» и «Стэкс», — создали особый язык, загонявший такие голоса в неприемлемые для них, стесняющие рамки. Кульминации эта драма достигла при вокальном смешении в группах «Соул Стеррерс», «Файв Ройалз» и многих других, когда голоса их соул-исполнителей, втиснутые в клетку отголосков, буквально задребезжали, зазвучали нелепо на фоне музыкального сопровождения.

Вот в какое время приходилось работать «Дистинкшнс». Филадельфийские студии, на которых они делали свои знаменитые записи, практиковали наиболее гладкие стили гармонизации. Продюсеры Том Белл и команда Гэмбл—Хафф подняли это ограничение ведущего солиста на более высокий уровень, поэтому такие певцы, как Тедди Пендеграсс и Эдди Леверт, были вынуждены прибегать к немыслимым ухищрениям не только для того, чтобы выкрикнуть, прорычать или воззвать к слушателю из тисков, которые держали их, но даже просто спеть более эмоционально.

Искусством расставлять силки Дегорн и «Дистинкшнс» овладели в совершенстве, Руд же научился с блеском эти ловушки обходить. Весной 1968 года группа сделала запись в «Филли Грув» — набросок своего первого хита «Иди сюда и люби меня». Голоса музыкантов здесь свивают гнездо для вступающего позднее вокала Руда, который звучит сначала еле слышно, а потом стремительно взлетает ввысь. В тот же период была создана и не вышедшая в свет «Так называемые друзья».

Группа приступила к записи полного альбома. Руд, которому первое время приходилось ночевать у Марва Брауна, наконец купил дом и вызвал к себе жену с ребенком, до сих пор остававшихся в Северной Каролине. Дебютный альбом под названием «Вы слышали „Дистинкшнс“?» состоял из теплых, трогательных песен о любви — стопроцентных хитов Дегорна. Его аранжировка «Иди сюда и люби меня», приправленная колокольным звоном, открыла песне путь к хит-парадам: в Р&Б она заняла первое место, в поп-чарте восьмое. Когда музыкантам начали названивать промоутеры, те уже были наготове. Им оставалось лишь получиться танцевать.

На это у них ушло не так уж много времени. А по завершении учебы «Атлантик Рекорде» перекупила их договор с предыдущей фирмой, и группа приступила к записи своего шедевра «Обманчиво простые звуки „Сатл Дистинкшнс“. Классическая „Не в силах тебе помочь. Успокойся“ была создана совместными усилиями Дегорна, Руда и Брауна. „Счастливый разговор“ и „Дождь в солнечный день“, тоже вошедшие в хитпарады, летом семидесятого года звучали на всех радиостанциях. Альбом был выдержан в одной тональности и отражал настрой коллектива в лучшую их пору. Дейв Марш в „Сердце рока и соула“ высказался о них так: „Чистой воды дежа вю, заставляет тосковать о соуле с латиноамериканскими нотами, которого, по сути, никогда не существовало“. Наверное, было тогда уже понятно, что настрой „Дистинкшнс“ вот-вот переменится, окрасится в более мрачные тона, но при этом легко верилось и в нескончаемость счастливого лета и в то, что выйдет еще сотня „Обманчиво простых звуков“. Однако он остался единственным подобным альбомом „Дистинкшнс“.

Осенью 1971 года, позаимствовав немного из „Иди вперед“ Куртиса Мейфилда, немного из „Что происходит?“ Марвина Гэя, „Дистинкшнс“ записали свой социально ориентированный альбом „В твоем районе“. На конверте пластинки поместили фотографию певцов, греющих руки у костра на городском пустыре. В продажу пластинка поступила перед Рождеством — „Атлантик Рекордс“ поторопилась, боясь, что, если промедлит, публика потеряет к „Дистинкшнс“ интерес. Но ожидаемого успеха не последовало — „Район“ не вписался в предрождественскую суету. „Новичок наносит удар“ (эта песня заняла восемнадцатую позицию в Р&Б, а в поп-чарт вообще не попала), „Джейн во вторник“ и „Кирпичи во дворе“ написал и великолепно исполнил Руд, но альбом ожидал провал. Единственная песня Дегорна, „Глупая девчонка (Любовь — это детская игра)“, в сомнительном соседстве с „Я лучше поборюсь, чем изменю себе“, „100 Пруф (Век соула)“, „Только реальность“ Марвина Гэя и Тамми Террелла и других композиций в стиле Мэдисон-авеню, стала более или менее популярной, заняв одиннадцатое место в Р&Б и шестнадцатое в поп-чарте.

В последующей работе — альбоме „Никто и его брат“ — Руд, утверждая себя на позиции основного создателя песен, не пошел на попятную, напротив, развил депрессивность „Района“, дополнил ее более глубокими, лично пережитыми чувствами. „Встревоженная синь“ в октябре 1972 года взлетела на вершины обоих хит-парадов. Если вы уверены, что знаете все записанные на этой пластинке песни чуть ли не наизусть, послушайте ее еще раз. Этот альбом гораздо лучше, чем вам казалось, со временем он становится все более правдивым, все глубже проникает в душу с каждым уходящим годом, это самое яркое и зрелое из всего, что известно в истории поп-музыки, отражение внутренней опустошенности и противоречивости человека. Композиции „Рассказ Лизы“, „Если бы ты сохранила ключи“ и „Настолько глуп“ — борьба соавторов Руда и Дегорна, темпераментного рудовского вокала и дегорновских прилизанных форматов, смягчаемая слаженными голосами Мэддокса, Лонгхэма, Мейси и Байсикла. Когда Руд парит, они, угадывая момент его приземления, подстилают соломки, когда спотыкается — подхватывают его с обеих сторон, когда, наконец, устает и ложится спать, они укрывают его одеялом. В хит-парад попала только „Встревоженная синь“, но для того, чтобы альбом занял в музыкальной среде достойное место и стал бестселлером, этого было достаточно.