Джон ван де Рюит - Малёк

Опять ходил к Русалочке. На этот раз она уже не лежала, а сидела на кровати и выглядела чуть бодрее. Говорила она по-прежнему мало, но казалась счастливой и захихикала, когда я рассказал о барбекю с Вомбат. К сожалению, вскоре у меня кончились смешные истории, и пришлось просто сидеть рядом и держать ее за руку. Спустя некоторое время она попросила меня спеть песню из «Оливера». Я спел «Я готов на всё». Увы, при звуках моего голоса она расплакалась.

Плач перешел в истерику, когда Мардж заявила, что мне пора. Она дала Русалке таблетки и попросила посидеть с ней, пока та не уснет. Когда Русалка заснула, я поцеловал ее в бледный прохладный лоб, накрыл ее одеялом и ушел. По пути домой Мардж объяснила, что Русалка завтра впервые пойдет к психотерапевту. Я приехал домой в печали и полной депрессии. Я уже начал скучать по дому — это чувство отозвалось тяжестью в животе, тупой болью в костях… Завтра опять в автобус и обратно — обратно в Мордор! (Ну ладно, допустим, это я преувеличиваю — не все так плохо!)

Когда я вернулся домой, мама сидела в моей комнате. Она крепко обняла меня и сказала:

— Девочек очень сложно понять, Джонни. Не ломай слишком голову. Надо просто выслушать их внимательно и попытаться понять, чего они хотят.

Я кивнул. Мама еще раз обняла меня и вышла, оставив на подушке шоколадку.

Выяснил, чем занимается Инносенс в своей пристройке — торгует самогоном. Я проследил за одним из ее клиентов и спрятался за кустом, пока они производили куплю-продажу. Бутылка стоит один ранд. Самогон похож на смесь льняного масла и вспененной мочи. Решил ничего не говорить родителям, а то еще попытаются снова ее уволить.

Провел очередное унизительное утро, покупая трусы вместе с мамой. На этот раз она разговорилась с геем-продавцом, сетуя на то, что происходит с трусами в частной школе для мальчиков. (Я не стал говорить ей о возможном участии в деле маньяка-извращенца — просто сказал, что трусы в прачечной потеряли.) Продавец чуть не уговорил маму накупить мне трусов экзотической расцветки. (Можете себе представить, что случилось бы, явись я перед Безумной восьмеркой в новеньких трусиках-танга с рисунком под тигровую шкуру?) К счастью, ему пришлось уйти помогать другому покупателю, и мне купили белые и голубые трусы, как обычно. Когда же этот извращенец оставит мой запас нижнего белья в покое? Не думаю, что выдержу еще один такой поход в магазин.

17.30.В автобусе сидел рядом с Жиртрестом (точнее, наполовину съехав с сиденья и наполовину под ним, прижатый его задницей). Поглощая тройной бургер с сыром и беконом, он сообщил, что мама хочет посадить его на диету. Родители беспокоятся, что с ним случится сердечный приступ еще до того, как ему исполнится двадцать. Я сказал, что это детский жирок и волноваться не о чем. (Да, я соврал, но моему другу стало легче.)

Рэмбо:курил траву. Говорит, что эффект как от алкоголя, только вдобавок начинаешь психовать. Помнит, что истерично смеялся над тем, что было вовсе не смешно.

Саймон:посмотрел семь порнофильмов и напился с двоюродными братьями в Зимбабве.

Верн:отказался сообщить, чем занимался. Судя по проплешине, вырвал не один клок волос.

Геккон:этому сделали переливание крови.

Гоблин:впервые ходил на стриптиз. Сказал, что прелесть стриптиза сильно преувеличена — стриптизерши были все страшные и в растяжках. (Не уверен, что знаю, что такое растяжки, но все равно покачал головой, изобразив отвращение.)

Жиртрест:сидел дома, набивал брюхо.

Бешеный Пес:застрелил ворону дробью из ружья.

Малёк:обедал с бабулей-маразматичкой и навещал подругу-невротичку.

За выходные в школе ничего не изменилось, только голубь залетел в окно и нагадил Саймону на наволочку. Птица спокойно сидела на стропилах и мило ворковала, когда Бешеный Пес убил ее одним выстрелом из рогатки.

23.00.Долгожданный второй сатанинский сеанс обернулся полным разочарованием. Ничего не произошло — Роджер даже не дернулся. Жиртрест сказал, что Макартур просто не хочет являться дважды за одну неделю (зачем тогда мы его вызывали?). Жиртрест понял, что наше терпение иссякает, и решил использовать свой козырь. Пристально оглядев нас, он заявил, что единственный способ продвинуться в расследовании — предпринять экстренные меры. И предложил провести сеанс вызова духов в часовне, под той самой балкой, где Макартур испустил последний вздох. Мы рассердились и заспорили, и оказалось, что один Рэмбо готов поддержать идею Жиртреста. Поскольку необходимого демократического большинства не набралось, предложение задвинули.