Исабель Альенде - Ева Луна

Подробностей происходившего в те дни я не знала еще долго; лишь несколько лет спустя я из чистого любопытства пролистала подшивки газет, выходивших во время революционных событий; мы же в Аква-Санте в те дни ничего и не заметили. В день свержения диктатуры главным событием для нас был званый обед, организованный Риадом Халаби для сбора денег на ремонт школы. Гости собрались достаточно рано; все знали, что даже местный священник выступил в поддержку благотворительного мероприятия, хотя поначалу был против, потому что подобные праздники были для многих людей лишь поводом, чтобы предаться порокам пьянства и любострастия; ни для кого не было секретом, что массовые гулянья заканчивались дракой, а то и поножовщиной. Однако жизненный опыт и мудрость помогли священнику принять верное решение — он сделал вид, что не замечает греховной стороны подобного сборища, потому что прекрасно понимал: ни своими силами, ни даже силами проповеди Слова Божьего он не сможет собрать необходимую сумму на ремонт школы, изрядно потрепанной последним ураганом. Отдав должное выставленному на стол угощению, гости устроили карнавал с выборами королевы красоты: победительницу короновал сам глава города, на голову ей водрузили корону из живых цветов, украшенную нитью искусственного жемчуга, пожертвованной учительницей Инес, ну а после окончания застолья настало время петушиных боев. Посмотреть на это зрелище собрались не только жители городка, но и гости из соседних деревень. В какой-то момент один из гостей, у которого с собой был маленький приемник на батарейках, переполошил собравшихся, издав громкий вопль. Когда все замолчали, он сообщил, что Генерал бежал из страны и на улицах столицы творится что-то невообразимое: толпы восставших людей громят тюрьмы, выпускают заключенных и буквально четвертуют попавшихся им в руки жандармов и агентов Службы безопасности. Не дослушав политически активного соседа, собравшиеся на праздник решительно посоветовали ему заткнуться и не отвлекать петухов от подготовки к схватке. Единственным человеком, кто не столько из личного интереса, сколько по долгу службы покинул на время праздник, чтобы выяснить, что творится в столице, был как раз глава города; он без особого энтузиазма вышел из-за стола и удалился к себе в кабинет, чтобы связаться по телефону с начальством и получить из столицы необходимые разъяснения и указания. Через пару часов он вернулся к веселящимся согражданам и сообщил, что ничего страшного не произошло и нет никаких оснований переживать и уж тем более беспокоиться по поводу какой-то столичной суеты: ну да, вроде бы правительство действительно пало, но причин для волнения нет — все остается по-прежнему, поэтому давайте танцевать и веселиться, и, кстати, передайте-ка мне еще пивка, предлагаю тост за демократию. В полночь, когда гости стали расходиться, Риад Халаби пересчитал собранные деньги, передал их учительнице. Инес и вернулся в дом — усталый, но довольный: его затея оказалась удачной и за крышу школы можно было больше не беспокоиться.

— Диктатура пала, — сообщила я ему, едва он вошел в дом.

Сама я на праздник не ходила, потому что весь день провела рядом с Зулемой, у которой, как и следовало ожидать, с самого утра случился очередной приступ.

— Я уже в курсе, дочка.

— По радио передали. А что все это значит?

— Для нас — ничего особенного, на нашу жизнь это практически не повлияет, это все происходит слишком далеко отсюда.

Прошло два года, и демократия окрепла. О диктатуре с тоской вспоминали лишь генералы да неформальный профсоюз таксистов. Нефть по-прежнему била ключом из-под земли, и никто особо не задумывался над тем, куда и каким образом вложить так легко зарабатываемые деньги. Похоже, в глубине души руководители страны уверовали в то, что так будет всегда и черное золото никогда не иссякнет. Между тем в университетах среди студентов началось новое брожение умов: молодые люди, так недавно рисковавшие жизнью ради свержения Генерала, чувствовали себя разочарованными и даже обманутыми новым правительством, обвиняя президента в том, что он действует в интересах Соединенных Штатов. Победа революции на Кубе [23] В 1959 году. стала настоящим факелом надежды, озарившим весь континент. Никто тогда не мог предположить, насколько иллюзорными окажутся эти надежды, а в те годы все наглядно увидели, как народ может взять власть в свои руки и действительно изменить веками установленный порядок жизни. Голоса революционеров звучали в эфире целыми днями, и слова их были бальзамом для истосковавшихся по настоящей борьбе студенческих душ. Полубогом был для них Че — со звездой во лбу, готовый сражаться за идеалы революции в любом уголке Америки. Среди прогрессивной молодежи стало модно носить бороду и цитировать наизусть Карла Маркса и Фиделя Кастро. Несмываемой краской на стенах университета было начертано: если в стране нет предпосылок для революции, настоящий революционер должен их создать. Самые горячие головы, убежденные в том, что без вооруженной борьбы народ никогда не сможет взять власть в свои руки, уже призывали браться за оружие. В стране стало формироваться партизанское движение.