Игорь Ефимов - Седьмая жена

Он не видел близнецов со времени ее отъезда в Канаду. Сколько это? Восемь лет? На фотографиях, присылавшихся теще-3, старшие уже выглядели ростом с мать. Правда, это было нетрудно. При первой встрече его поразило, что она – такая маленькая. Жена-2 говорила о предстоящем визите школьной подруги с таким благоговением, что Антон невольно представлял себе кого-то уж во всяком случае крупнее самой Кэтлин.

– Сьюзен Дарси – это самая большая привязанность моей юности, – говорила жена-2. – Так много есть вещей, на которые она раскрыла мне глаза! Я ужасно рада, что она согласилась погостить у нас. Но умоляю – будь с ней помягче. Она так ранима. Нужно время, чтобы узнать ее ближе и полюбить.

Сьюзен Дарси едва возвышалась над чемоданами, которые вносил таксист. Презрительная улыбка блуждала на ее лице. Пальцы раздвигали пачку долларов в зеленый веер. Таксист не глядел в ее сторону. Он поставил вторую пару чемоданов так, что Сьюзен оказалась запертой в замкнутом квадрате, как в сторожевом укреплении. Часовой, не знающий, откуда ждать врагов, и готовый от растерянности открыть круговой огонь по своим.

Антон поспешил к ней на помощь.

– Почему вы не позвонили? Мы бы встретили вас в аэропорту. Я могу отлучаться из конторы в любое время.

– Не надо хватать! – взвизгнула Сьюзен. – Я сама! Прекрасно могу выбраться сама. Что он себе позволяет?

– Подумайте только, – продолжала она, глядя на дверь, захлопнувшуюся за таксистом. – Он спросил, где мои родители. Он не хотел поверить, что я прилетела одна. Сказал, что просто не видел, чтобы такие малышки путешествовали с четырьмя чемоданами. Я спросила, не интересуется ли он растлением малолетних. Он стал извиняться. Я сказала, что у меня редкая болезнь гипофиза, из-за которой мне нельзя ездить очень быстро. Что если он попробует ехать быстрее сорока миль в час, я подам на него в суд. И этот идиот поверил. Мы ползли так, что на нас все оглядывались. Надеюсь, он потерял на мне долларов двадцать. Ой, куда вы тащите?! Я же сказала – не хватать! В зеленом чемодане самая дорогая камера. А в желтом – главные лампы. Они бьются от вздоха. Наверное, там внутри – одна стеклянная пыль.

Сьюзен занималась фотографией. Журналы и рекламные фирмы заказывали ей работу. Она и погостить к ним смогла прилететь только потому, что одна фирма здесь в Чикаго пригласила ее и оплатила дорогу. Раньше дешевых рабов привозили из Африки, теперь их вызывают телефонным звонком из Нью-Джерси. Какой прогресс!

За обедом подруги принялись перемывать кости старым знакомым.

– Сидни Робинсон? Дай я расскажу тебе про Сидни Робинсон. Она вышла замуж за того парикмахера, который работал в салоне около банка, родила ему двоих детей, и они принялись морить их голодом. Да-да! Как это выяснилось?… Детки залезли к соседям и обчистили холодильник – вот как. Сожрали все мороженое, колбасу и виноград. У соседей сработала сигнализация, и полиция примчалась через десять минут. Детей поймали на месте преступления. Об этом писали газеты. Они попали в книгу мировых рекордов. Самые юные грабители – два и три года…

– Том Годзилло? Хорошо, слушай про Тома Годзилло. Он влюбился в Пэтси Глюк. И сделал ей предложение. Ты должна помнить Пэтси! У нее юбка еще всегда сползала, и я подарила ей на день рождения мужские подтяжки. Сначала она отказала Тому. Какие это были страдания! Он приходил ко мне изливать душу. Он говорил, что покончит с собой. Он напивался, садился за руль и гонял по округе в поисках смерти. Смерть настигала окрестных кошек, енотов, белок, скунсов, а ему – ничего. Наконец Пэтси согласилась. Была неделя ликования, строились планы будущей жизни. Но выяснилось печальное обстоятельство. Бедняжке Пэтси нельзя было рожать. Почему-то для нее это было смертельно опасно. Естественно, встал вопрос, чтобы жених перед вступлением в брак сделал несложную операцию. Теперь это чикают абсолютно безопасно, в один день. И тут наш хваленый влюбленный начал чесать в затылке. В нем зашевелились задние мысли. Он, видите ли, мечтал о том, как будет размножаться. Он хотел плодить подобных себе. Таких же бесхарактерных, тщеславных, набитых банальностями эгоистов. И свадьба не состоялась. Ох, это мужское лицемерие! Ох, эти вздохи под луной, эти страсти-мордасти. Но если нужно хоть чем-то поступиться…

Жена-2 сочувственно кивала, хихикала, вздыхала, хотела слушать еще и еще. И не потому, что ее так уж занимали друзья юности. Рассказы Сьюзен завлекали ее чем-то другим, возбуждали, как кинофильм со стрельбой. Мир был населен порочными, жестокими, опасно жалкими людьми, они крались со всех сторон, а посредине стояла маленькая храбрая Сьюзен и рассыпала направо и налево очереди язвительных слов. И ты был рядом с ней – в зоне огня и в то же время в безопасности, ты был пощаженным избранником, ты радовался, что слова-пули не летят в тебя, и благодарно любил ее за это.