Ольга Степнова - Миллиметрин (сборник)

Марфа Ивановна с удовольствием рассказала соседке подробности своей сердечной болезни, поведала о термоядерном синтезе и о том, чем этот синтез закончился. И про сына миллионера поведала, и про самоуправство врачихи, которая сама – сама! – без помощи свахи выбрала себе жениха.

Соседка сочувственно кивала, сплёвывая шелуху в газетный кулёчек, чтобы не сорить у подъезда.

– Вот, теперь шампанское пьют, – закончила свой рассказ Марфа Ивановна.

– Уже не пьют. Они уже допились, в окно кидаются, – покачала головой Антонина Семёновна, кивнув на окна Марфы Ивановны.

– Ой, я ж на ключ их заперла! – подскочила Марфа Ивановна. – Сейчас, голуби, сейчас я вам клетку открою!

– Сиди! – дёрнула её за рукав Антонина Семёновна. – Твои голуби сами выход нашли. Ишь, тощие какие! Через решётку лезут и хоть бы одним местом зацепились!

Через решётку на окне действительно лезла врачиха. В руке она держала пакет с огурцом. Легко преодолев препятствие, врачиха спрыгнула на землю и закричала:

– Давай, якут-Мишка! Тут совсем невысоко! Без парашюта долетишь!

Мишка угрём проскользнул между прутьями и кулем свалился врачихе на голову. Они кубарем покатились по земле, хохоча и по-детски дубася друг друга по спине кулаками.

– Ну, завертелось, – вздохнула соседка. – Ну, закрутилось! Сколько агентских с них возьмёшь, Марфа?

– Пусть сначала поженятся, – проворчала Марфа Ивановна. – А то поколбасятся, по земле покатаются, а потом: он – к оленям в Якутск, а она к своему физику…

– Ой! – вдруг подскочила врачиха. – У меня же вызов! Дедуля в соседнем доме болеет!

– Пошли вместе, – предложил Мишка. – Я всё умею лечить.

– Что ты! У него гипертонический криз.

– Нет такой болезни – гипертонический криз!

– Есть!

– Нет!

– Это у оленеводов нет, а у нормальных людей есть, иначе дедушка не болел бы!

– У твоего дедушки старость и одиночество. А это не болезнь, это – состояние. Оно лечится чаем, рюмочкой водки, партией в домино и долгими разговорами. Одна ты не справишься, так что я с тобой!

Обнявшись, они пошли к соседнему дому.

– Ой, пойду позвоню Матвеичу, чтобы не открывал! – подскочила Марфа Ивановна. – Он тоже врача вызывает, когда поговорить не с кем! Сейчас своими старческими разговорами всю малину молодым испортит.

– Ты бы, что ли, вышла за Матвеича-то, чтоб врачей с якутами зря не гонять, – покачала головой Антонина Семёновна.

– Вот ещё! Сама выходи!

– Матвеич собак не любит. И потом, ты на полгода моложе меня!

– Нужен он мне! Не пойду за него, он не якут, – фыркнула Марфа Ивановна и убежала домой.

– Вот якутов теперь всем подавай, – вздохнула Антонина Семёновна. – Где их на всех напасёшься?! Один на всю округу завёлся, и тот нарасхват.

Матвеич ответил сразу, будто ждал звонка от Марфы Ивановны, будто и не было у него никакого криза.

– Да пришли уже! – засмеялся он на просьбу не открывать дверь врачихе с якутом и не портить им «всю малину». – Маша-Марина чай на кухне заваривает, Мишка козла со мной забивает.

– Козла?! – удивилась Марфа Ивановна. – Какой он разносторонний, Мишка-то…

– Оленевод! – похвалил Мишку Матвеич.

– Это я Мишку с Машкой свела, – сочла нужным похвастаться Марфа Ивановна.

– Ух, ты! – восхитился Матвеич. – Отличная работа! Сколько денег сдерёшь, Марфа?

– Пока не знаю. Пусть сначала заявление в загс подадут.

– Да кто сейчас в загсе расписывается? – проявил осведомлённость Матвеич. – Все гражданским браком живут.

– Эти распишутся, – заверила его Марфа Ивановна. – У оленеводов с загсами строго.

В трубке послышался отдалённый смех, и голос Мишки радостно выкрикнул: «Рыба!»

– «Рыба»?! – возмущённо заорал Матвеич и отключился.

Марфа Ивановна опять осталась наедине со своим компьютером.

Сердце больше не ныло, да и поговорить уже ни с кем не хотелось. Хотелось вязать носок и смотреть сериал.

Через неделю позвонила врачиха.

– Как вы себя чувствуете, Марфа Ивановна? – вкрадчиво спросила она.

– Спасибо, нормально, – осторожно ответила сваха, прикидывая, как бы ей покорректнее поинтересоваться развитием отношений с Мишкой.

– А мой физик вхлам разругался с моей эстрадной сестрицей, – без всякого перехода сообщила врачиха.

Марфа Ивановна, почувствовав грозные предвестники гипертонического криза, поглубже уселась в кресло и начала обмахиваться газетой.

Так вот почему Мишки уже неделю не видно! Он наверняка на почве несчастной любви плюнул на сессию и улетел в свой Якутск…