М.К.Кантор - Учебник рисования, том. 2

Дупель шел, как обычно, не глядя по сторонам, своей стремительной походкой - и чиновники, с которыми встречался он в комнатах, уходили с дороги. Прежде они старались попасться на пути у Дупеля, невзначай разговориться, позабавить нефтяника соленым анекдотом. А этот слышал? - говорили они обычно, давясь смехом и дергая Дупеля за рукав. Сегодня чиновники отскакивали в сторону, прятались за поворотом и глядели в спину Михаилу Зиновьевичу насмешливыми глазами. Они измеряли глазами расстояние от себя до опального олигарха - достаточно ли далеко стоят? Не заподозрили бы, оборони создатель, в преступной близости. Того гляди, заприметят мамки с няньками, узрят недопустимую связь - и накажут! Ой, накажут! И глядели в спину смутьяну маленькими бегающими глазками - и в глазках плескалась злость и ревность к бесстрашию.

Чиновный аппарат в последнее десятилетие поменялся. Дупель помнил чиновников прошлых лет - из той когорты уцелели разве что Луговой и Басманов, - грузных людей с паралитическими шеями, тяжелым взглядом, толстыми красными руками. Теперь чиновниками, управлявшими страной, стали вертлявые люди с тонкими руками, юркими глазами. Вот мелькнул за поворотом Фиксов, шмыгнул носом, одернул пиджачок от Бриони, брызнул вверх по лестнице - побежал пилить Пенсионный фонд; вот, вильнув задом, ввинтился в полуоткрытую дверь Зяблов - торопится удачно пристроить средства, изъятые у льготников, по слухам, вкладывает в сингапурские танкеры; вот скользнул вдоль стены тихий Слизкин - чем-то сегодня он озабочен? Размещает в офшорах Стабилизационный фонд? Банкротит тракторный завод? Или на совет к президенту идет Слизкин, слушать доклад о коррупции в высших эшелонах власти? Ах, не счесть забот Слизкина.

Дупель не удостоил их взглядом. Он миновал анфиладу комнат, предстал перед народным избранником. В окружении мамок и нянек народный избранник заслушал речь Дупеля, нахмурилось его чело.

Президент, подобно прочим правителям земли русской, переживал за народ: что с того, что мужик уж не крепостной землепашец более, но наемный сток-брокер? Как и прочие правители, подполковник радел за справедливое распределение того, что можно было справедливо распределить, - мысль о мздоимстве показалась ему оскорбительной. Однако надо разобраться. Из чьих уст слышится разоблачительный навет? Ангел ли безгрешный поведал президенту о лихоимстве?

- Вы, олигархи, известные лжецы! - проницательно сказал президент, заслушав доклад. - Вы сами хороши! Знаю, помню! Сам вам разрешения выписывал! Вы, олигархи, - ух, ловкачи! Не надейтесь, любимчиков не будет. Еще разобраться надо, кто больше украл. Слизкин, говорите, брал? Если брал - накажем! А сами - не брали? - и прочее в том же духе высказал Дупелю президент.

- Не брал я! - возопил Слизкин гласом великим. - Как есть - не брал! Как брал - не есть!

- Разберемся! Равноудаление от власти! Демократия! Прогресс! Не попустим олигархам устанавливать финансовое право!

- Нет таких - олигархов, - сказал Дупель, - есть отдельные богатые люди, интересы у них разные. Один бежал из страны, другой гонит миллиарды за границу, третий тихо сидит, нефть качает. Но реальной власти у них нет. Кто в стране олигарх, кто реально правит - станет известно через пятьдесят лет. Но, может быть, и сегодня это кому-то известно?

- Олигархам, - гнул свое президент, - воли не дадим. Не смеют диктовать народу свою волю корыстолюбцы. Не дадим в обиду ветеранов! - Человек в погонах, он любил поговорить про ветеранов войны. Однажды сказал, что увеличит им пенсии в двадцать раз. Впрочем, это еще пустяки - его предшественник обещал в случае подъема инфляции лечь на рельсы.

- Льготников с бюджетниками, - надавил Зяблов, - в обиду не дадим!

- Пенсионеров, - ввернул Фиксов, успевший за утро откромсать от регионального пенсионного фонда двадцать процентов, - защитим! - И верно, дан уже приказ: пополнить Пенсионный фонд из налоговых сборов, не пустим дело на самотек!

- Инвалидов и сирот, - вздохнул Слизкин, стараниями которого была срыта детская больница в Пожарском переулке и возведен могучий деловой центр с филиалом на Каймановых островах, - оградим! - и верно, уже оградили болотистый участок на окраине, глядишь, и построят там дом призрения.

И стояли мамки с няньками плечо к плечу, глядели на Дупеля честными оловянными глазками - и читалось в глазках: сам вор! Ты крал - мы молчали! Нахапал, как хомяк за щеку, - и честным стал? Лицемер! Мы - либералы! Мы - за реформы! Мы - плечом к плечу! А ты что, против?! Либерал на либерала донос пишет? Так получается, да? Предатель!