Мария Магдалина решила увидеть Иисуса. Учитель, ни разу не ступивший на мерзостные камни Тивериады, находился в то время в Магдале. Куртизанка Мария Магдалина проделала путь к тому месту, где она родилась, где все знали ее и все презирали. Там она прослышала, что Иисуса пригласил на ужин фарисей по имени Симон. Мария Магдалина вошла в дом Симона и тотчас узнала среди гостей Иисуса, хотя ей никто его не указывал. Она с решимостью направилась к нему, бросилась ему в ноги и стала их целовать, и лить на них слезы, и умащивать ароматическим маслом, которое принесла с собой в алебастровом сосуде. Хозяин дома Симон вышел из себя и шепнул Иисусу, что эта женщина — известная в городе грешница. На это Иисус ответил: «Когда я вошел в твой дом, ты не предложил мне воды омыть ноги, а эта женщина омыла их своими слезами, и отерла их своими волосами, и умастила благовониями. Ты в знак приветствия не поцеловал меня в щеку, а она целует мне ноги. И говорю тебе: если в ней столько надежды и благодарности, значит, пришла она за прощением своих великих грехов и знает, что они будут ей прощены». А Марии Магдалине он сказал: «Твои грехи тебе отпущены во имя твоей душевной любви. Твоя вера дарует тебе спасение, иди с миром». И в этот самый миг все семь бесов, устрашась твердой и милосердной руки Иисуса, испарились из тела куртизанки.
Вот так Мария Магдалина родилась заново на свет с помощью раскаяния, которое перевертывает сознание; с помощью веры, которая дает душе крылья; с помощью любви, которая обращает сажу в светлую россыпь звезд. Мария Магдалина, освободившись от семи бесов, присоединилась к апостолам, шедшим вослед за Иисусом. Она, блудница, перестала быть блудницей, чтобы обратиться в возлюбленную Бога, так же как Матфей перестал быть мытарем, чтобы снова стать слугой обездоленных. Мария Магдалина села у ног Иисуса, и задумчиво слушала его наставления, и понимала то, чего апостолы так никогда и не поняли. Мария Магдалина следовала через все селения за Назарянином, прикованная к нему любовью душевной, ничего общего не имеющей с любовью плотской, так как свою душевную любовь мы желаем разделить со всеми, кто нас окружает, а телесная близость — это страсть, которая не терпит дележа.
Гибель Иисуса, его распятие станет несчастьем, которого не избежать, Мария Магдалина знала это с поразительной твердостью. Он никогда не употребит свою силу Сына Божьего, чтобы уничтожить врагов, собравшихся его погубить, — это означало бы изменить собственным принципам, согласно которым лишь любовь может обновить и спасти нас. Он предпочтет врачевать раны мира своими собственными ранами и взвалить на собственные плечи страдания и слабости всех людей. Его мучения и смерть не погасят пламени справедливости, а разожгут огромный костер искупления.
Апостолы не были теми, кто имеет уши и слышит. Петр осмелился возразить Учителю, когда тот возвестил о своей близкой и страшной смерти. «С тобою этого никогда не случится», — сказал Петр, и Иисус был вынужден отчитать его. Но сколько бы раз он потом ни говорил апостолам о своем предназначении скорбящего раба Божьего, они не могли постичь сути его слов и боялись просить разъяснения.
За шесть дней до Пасхи Иисусу захотелось посетить селение Вифанию, где он сотворил свои самые благие дела и где жили его самые добрые друзья. Он ужинал за столом Симона Прокаженного — прозванного так за свою болезнь до того, как Иисус излечил его, — когда в комнату вдруг вошла Мария Магдалина с великолепным алебастровым сосудом в руках, наполненным дорогим нардовым миром. Мария Магдалина пришла помазать ему ноги, как в ночь их первой встречи, опасаясь, что эта ночь будет последней. Она открыла сосуд и пролила благоуханное масло на голову Учителя. Апостолы проявили недовольство такой расточительностью, а Иуда, казначей, который носил общий денежный ящик и пока еще не предал Иисуса, громко выразил их досаду, сказав, что триста динариев, которые стоили этот сосуд и это миро, лучше было бы раздать нищим, таково было его объяснение. Но Иисус заступился за женщину, сказав:
— Оставьте ее, не троньте. Нищие всегда будут при вас, и вы проявите свое милосердие, но я не всегда буду с вами. Она помазала мои волосы миром заранее, чтобы сберечь его в день моего погребения, ибо земля уже шевелится, чтобы принять меня.
Апостолы не слышали этих возвещений Учителя о его скорой и насильственной смерти, и только Мария Магдалина предчувствовала, что агнца Божьего вот-вот поведут на заклание. Поэтому, когда нагрянула беда и Иисуса схватили, когда пришел час истязаний и распятия, одиннадцать апостолов бежали в поисках укрытия, а Мария Магдалина осталась с ним. Они обратились в бегство, пораженные тем, что случилось нечто совсем непредвиденное. Иисус не был ни Сыном Давида, ни воинствующим Мессией, который обратил бы в прах любого, кто посмел бы поднять на него руку; он оказался беззащитным плотником из Назарета, которому предстоит умереть, прибитым к столбу, как умирали все мятежники из Галилеи. Скорее поэтому, нежели из страха подвергнуться той же участи, бежали апостолы. Напротив, Мария Магдалина не отступила, ибо она поняла спасительный смысл этой смерти, которую ее истерзанная душа не умела предотвратить.
Читать дальше