Ирвин Шоу - Растревоженный эфир

Перед выходом в эфир Арчер объявил получасовой перерыв. Большинство народу покинуло студию. О'Нил поднялся и тяжелым размеренным шагом вышел за дверь, не сказав Арчеру ни слова. Ушел Шапиро, пробормотав на прощание:

— Пойду выпью чашечку кофе. — В его голосе слышались извиняющиеся нотки, словно Шапиро сомневался, что он ее заслужил. — Вам чего-нибудь принести?

— Нет, благодарю, — ответил Арчер, сел за пульт управления и через окно посмотрел на Эрреса, который разговаривал со звукорежиссером.

— Святой Боже, — подал голос Бревер, сидевший рядом. — Такое ощущение, что в студии поселились гремлины. [40] Гремлины — фантастические существа, которых принято считать виновниками механических поломок. Каждую минуту жду какого-то неприятного сюрприза. Что со всеми происходит?

— Чувствуют приближение весны, — попытался отшутиться Арчер. Его тревожило, что даже звукоинженер заметил неладное. Хотелось, чтобы передача поскорее вышла в эфир и закончилась.

— Что-то назревает. Нутром чую. — Бревер встал, потянулся. — Пойду в холл, выкурю сигаретку, чтобы успокоить расшалившиеся нервы. Кликни меня, если провода начнут дымиться. — Он улыбнулся и похлопал Арчера по спине. Уже шагнув к двери, Бревер остановился. — Послушай, Клемент, а чего тут терся этот парень, Шапиро?

— А что? — ощетинился Арчер.

— Ты хочешь, чтобы он писал музыку к программе?

— Да. — Арчер уткнулся в сценарий, надеясь, что Бревер уйдет.

— А как же Покорны?

— Мы хотим чуть изменить программу. — Арчер поставил на полях ничего не значащую птичку.

— Я, конечно, всего лишь глупый звукоинженер, — Бревер и не думал уходить, — и мозги у меня в кулаках, но я думаю, что такой музыки, как сегодня, мне слушать не доводилось.

— Неплохая музыка. — Арчер перевернул страницу.

Бревер окинул его долгим недоумевающим взглядом, потом пожал плечами.

— Дело хозяйское, — буркнул он и вышел, закатывая рукава на громадных ручищах.

Оставшись один, Арчер снял очки, закрыл глаза, помассировал веки подушечками пальцев. «Мне придется все объяснять и Бреверу, — подумал он. — Достойный человек, негоже ему лгать». Список тех, кому придется все объяснять, удлинялся. Бревер, Барбанте, Эррес, друзья, враги, люди, которые могли одобрить его действия, и люди, которые могли их осудить, все снедаемые любопытством, все желающие узнать, какими мотивами он руководствовался. «Возможно, — мрачно думал Арчер, — всю оставшуюся жизнь я буду объяснять, что и почему делал в эти две недели».

Он услышал, как скрипнула дверь, и со вздохом открыл глаза.

— Амиго… — Барбанте. Арчер медленно повернулся на вращающемся стуле, кивнул сценаристу. Пультовую наполнил аромат туалетной воды. Барбанте сел в кресло. Вытянул ноги. — Я увидел, что ты сидишь здесь, одинокий, всеми покинутый, и решил зайти, чтобы развеселить тебя.

— Считай, что я развеселился, — ответил Арчер.

— Хорошо. — Барбанте снова зевнул. — Ужасно хочется спать.

— Знаю, — мрачно буркнул Арчер. — Это заметно.

Барбанте улыбнулся:

— Сегодня я не такой живчик, как обычно, не так ли, амиго?

— Не такой.

— Клемент Арчер, — все улыбался Барбанте, — король прямого ответа. Искренний Клем, никогда не кривящий душой.

— Сценарий отвратительный. Сегодня ты мог бы остаться в кровати. Пользы от тебя никакой.

— От проколов никто не застрахован, — беззаботно ответил Барбанте. — Не бери в голову. Следующий четверг будет уже на другой неделе.

— Надеюсь, ты не перестанешь считать меня джентльменом, если я порекомендую тебе на следующей неделе ложиться спать вечером, а не в три часа утра.

— Будет исполнено, тренер. Я также сяду на диету, а по утрам буду делать зарядку. Слушай, а какие у тебя планы на субботний вечегУ?

— А что? — подозрительно спросил Арчер.

— Я устраиваю небольшую вечеринку. Придет Вик. О'Нил. Еще несколько человек.

— Спасибо. — Арчера предложение Барбанте удивило. Раньше он никогда не приглашал его к себе. — Я спрошу у Китти, свободен ли у нас вечер.

— Да… и Джейн будет. — Барбанте достал портсигар, предложил Арчеру. Тот уставился на тяжелую золотую безделушку. По внутренней поверхности крышки тянулась надпись. Слов он разобрать не мог, но подпись, несомненно, принадлежала женщине. Наверное, подумал Арчер, дома у Барбанте целая коллекция золотых сувениров, подаренных удовлетворенными дамами. Должно быть, перед каждым выходом в свет ему приходится рыться в памяти, чтобы взять с собой трофей, соответствующий конкретной дате.