Татьяна Соломатина - Психоз

Вернулся он минут через десять. С бутылкой дорогущего ликёра.

– Я не люблю сладкое! – рявкнула Сашка.

«Ну, давай, вякни мне что-нибудь!»

– Сашенька, я непременно закажу вам горькое. Я всего лишь действовал по правилам – вечер надо начинать с невысокого градуса. И продолжать по нарастающей.

«Ага. Такие правила . Заколебали!!!»

Сашка отчего-то обозлилась на так недавно знакомого и не в чём не виноватого господина Боровикова. И щедро отхлебнула. Больше из бравады.

– Ну вот. Теперь, если меня стошнит, виноваты будете только вы!

Он был так мил, так терпелив. Сашка достала пачку сигарет.

– Вообще-то я никому не разрешаю курить у меня в машине, Сашенька.

– А вы остановите, я выйду и покурю пешком до ближайшей станции метро.

– Сашенька, я вас чем-то обидел? – нет, этот субъект никак не хотел проявить свою злость. Хотя явно был зол дальше некуда. Но Сашка ему безумно понравилась. И как любая женщина – она прекрасно это чувствовала. Мужчина в состоянии сильнейшего увлечения – прекрасное поле для игр в психологическое регби.

– Самим фактом существования немолодых уже мужчин, знакомящихся в Интернете. Красивых, успешных и… развешивающих глупые объявления на сайте знакомств. «Стройная образованная блондинка». Жуть! «Ларису Ивановну хачу!» Что, в вашей околореальной жизни нет стройных образованных блондинок? Ни за что не поверю. Стаями вьются.

«НннА!»

Сергей Валентинович продолжал спокойно рулить. Внешне спокойно. Но Сашка отлично чувствовала, что внутри у него бьётся о внутренние стенки грудной полости крупный бес среднего возраста. Выманить «чужого» наружу было для неё делом профессиональной и, что куда запущеннее, – личной чести. Даже если этот рогатый товарищ проломит своему носителю грудину.

«Или хотя бы сломает пару рёбер…»

– Так я курю в вашей машине или я выхожу из вашей машины, Сергей Валентинович? Впрочем, нет. Я неправильно задала вопрос. Надо так: «Так я выхожу из вашей машины или я курю в вашей машине?»

– Вы курите в моей машине, – он улыбнулся.

«Нехило он выдрессировал своего беса. Вовин куда более буйный. И потому – безопасный. Санитары-острословы. Клизма с галоперидолом наплевательства. Сульфат язвительности под кожу. Смирительная рубаха его же сексуального желания – и он обездвижен…»

Сашка закурила.

– Сашенька, вокруг меня вьются стройные образованные блондинки. А также – пышные образованные брюнетки. И даже хорошенькие не менее образованные рыжие. Вокруг да около меня вьётся невероятное количество женщин самого разнообразного качества. Но я для них…

– Вы для них – состоятельный владелец состоявшейся на рынке компании. А вы так хотите любви. Бескорыстной любви за просто так… – иронично перебила его Сашка.

– Да. Хочу. Бескорыстной любви за просто так.

– Самовывозом на самовылюб.

– Сашенька, но я же всё-таки везу вас в ресторан. Не будьте несправедливы, – Ах этот тон доброго дядюшки, урезонивающего не в меру расшалившуюся троюродную племянницу.

– А после ресторана я должна буду вам отдаться. За еду.

– Саша, вы утрируете. Вы не должны мне отдаваться за еду. А также за выпивку и даже за то, что я разрешил вам курить у меня в машине. Хотя я терпеть не могу табачного дыма. Я категорически против курения, как мужского, так и женского, – он всё ещё был спокойным, как полено. Раскалённое в очаге полено вполне себе спокойно. Просто меняет цвет…

– Я, Сергей Валентинович, живу с одним психопатом. У меня с ним пару миллионов разногласий и ещё миллиард вкусовых и поведенческих несоответствий. И он тоже не курит – в силу его давно минувшей профессиональной деятельности ему было нельзя. Потому что движение дыма порой заметнее, чем, например, движение песков. И крайне умеренно пьёт, потому что, выпив, становится совершенно невменяемым и отлично это знает. Но при всей его ненормальности, он совершенно не возражает ни против моего табакокурения, ни против моего бытового пьянства. Напротив – очень любит меня подпоить. На два опьянения из трёх я бываю чрезвычайно сексуально активна. Но вот он – или нетерпим, или приемлет. Третьего не дано. А вы играете в терпение с явно хамящей вам незнакомкой. Почему?

– А что бывает на третье опьянение?

– При каждом третьем опьянении я моментально засыпаю. Вы не ответили на мой вопрос.

– Потому что незнакомка кажется мне давно знакомой. У меня такое чувство, что я давно вас знаю, Сашенька…

«Кто бы сомневался, что ты так ответишь!»