Пол Винсент - Свободен!

Я обнаружил остальных арестантов во дворе для прогулок, они сидели на стульях или лежали на матрасах и курили. Многие из них пили пиво или баловались травой. В Британии все, что отдаленно напоминает удовольствие, рассматривается как особая привилегия и поэтому не разрешается. В Испании считается, что арестант имеет на это право; лишение свободы и так является достаточным наказанием.

Все в тюрьме выглядели относительно опрятно. Моя потрепанная одежда, всклокоченные волосы и шрам на лице в том месте, где меня ударила Габи, придавали мне самый суровый вид; я больше других походил на заключенного.

– Здесь есть англичане? – обратился я к присутствующим.

Ко мне подошел темноволосый мужчина. Ему было около пятидесяти, но от загара его лицо состарилось раньше времени. Он сказал, что его зовут Роб.

– За что вы здесь сидите? – спросил я.

– Я попал в автомобильную аварию, – ответил Роб.

– И что?

– В Испании часто арестовывают всех участников аварии и держат их, пока не получат письменное заключение, кто несет ответственность, и тогда уже выдвигают обвинения против тех, кто виноват. – Он говорил небрежным тоном. – А вы здесь за что?

– Не имею понятия.

– Когда они вас забрали, в пятницу вечером?

– Я сам в пятницу явился в полицейский участок, – признался я.

– Большая ошибка, – сказал он. – Если они хотят вас арестовать, то выбирают вечер пятницы. Они знают, что вам не удастся связаться с адвокатом до утра понедельника. Если вам разрешат позвонить, вероятнее всего, вы пообщаетесь с автоответчиком, но сообщение наверняка останется без ответа. Так полиция получает дополнительное время. В выходные они раскрывают много преступлений. Им разрешено держать вас без особой причины семьдесят два часа.

– Но ведь нет никакого дела, – запротестовал я. – Разве я не могу попросить, чтобы меня выпустили под залог или еще что-то?

Роб рассмеялся:

– Конечно, можете, но суд, который этим занимается, в августе закрыт.

– Вы меня разыгрываете?

Я пошутил насчет «летнего» правосудия, но он меня не понял.

– Где ваше место? – поинтересовался он.

– Что?

– Где вы положили свой матрас?

– Нигде.

– О, – вздохнул Роб явно разочарованно. – Фокус в том, что один занимает место там, где тень бывает с утра, а второй – там, где будет днем. Лучше вам сесть со мной на мой матрас. Вы не забудете об этом в следующее воскресенье, ладно?

– Меня не будет здесь в воскресенье, – заявил я.

Роб вновь от души рассмеялся, и к нему присоединились все окружающие.

– Вы курите? – спросил я. – Они все время дают мне сигареты.

– Должно быть, вы им понравились.

– Вы шутите?

– Да, шучу, – согласился он.

Я не узнал свое имя. Его произнесли по громкоговорителю, но я принял это за обман слуха.

Я продолжал болтать с Робом, который, хотя и сидел в тени, поднял лицо вверх и закрыл глаза, как будто загорал.

Наконец ко мне подошел дежурный из числа заключенных.

– Сальвадор Гонгола?

– Да, – ответил я.

– Вас освобождают, – сказал он.

– Что?

– Заберите свои вещи и можете уходить.

Выйдя за ворота, я с удивлением обнаружил, что рядом с тюрьмой ничего нет. Совсем ничего, она находилась в какой-то совершенной глуши. Похоже, до ближайшего городка было много миль.

Меня никто не встречал.

Я вернулся к воротам и стал стучать в большую деревянную дверь, чувствуя себя довольно глупо.

Наконец мне ответили по внутренней связи:

– Да?

– Мне не на чем ехать, – сказал я.

– Что?

– Меня только что выпустили, но у меня нет машины, – объяснил я.

– Вы кто? – спросил мужчина.

Я объяснил, и связь прервалась.

Откуда-то издалека, возможно, со двора для прогулок, долетали веселые крики. Потом снова наступила тишина, столь характерная для сельской местности.

Внутренняя связь снова ожила.

– У вас есть транспортное средство, – сообщил голос, и все стихло.

Какое-то время я постоял на месте, гадая, что делать дальше. Потом с жалким видом пошел вниз по дороге.

Я был примерно в ста метрах от тюрьмы, когда услышал, что меня зовет женский голос. Я обернулся и увидел Олаю рядом с моей машиной, припаркованной у тюремных ворот.

Она подъехала ко мне.

– Я забрала машину с парковки за тюрьмой, – объяснила она.

– Спасибо, что приехали за мной.

– У вас паршивый вид.

– У меня не было даже бритвы. Они часто сажают людей под замок ради собственного удовольствия? С моей мамой все в порядке?