Маша Царева - Красотка для подиума

Так, по-моему, кому-то срочно требуется губозакаточная машинка. Но – черт возьми – как же приятно помечтать иногда о желанном будущем. Тем более когда глаза на мокром месте.

Наконец мне надоело позировать воображаемому восхищенному фотографу и я спустилась с подиума и подошла к компьютеру. Раз уж они так со мной поступили, то и я имею право немножко похозяйничать. Я включила компьютер, но, к своему разочарованию, на «рабочем столе» не нашлось ни одной папки. Зато на верхней полочке компьютерного стола я углядела большой белый конверт. В таких конвертах мне обычно выдавали пробные снимки.

Что ж, посмотрим, что он там нафотографировал. Кстати, ведь и я, я тоже вполне могу оказаться в архивах этого так называемого творца. Всю ночь я провела в бессознательном состоянии.

Я нетерпеливо разорвала конверт (гулять так гулять) и вытряхнула содержимое себе на колени. Но там были не фотографии, а… деньги. Доллары.

Надо же, какое утро, второй денежный конверт за последний час. Всегда бы так, усмехнулась я. Машинально я пересчитала купюры. Не много, но и не мало – почти три тысячи.

«Видишь, сколько мы стоим? – всплыли в памяти слова раскрасневшейся от волнения Николь. – Видишь, сколько мы можем реально зарабатывать?!»

Я оглянулась на дверь. Никто меня не видит. Никто не знает, что я здесь. Имею ли я право… Да нет, об этом даже думать нельзя. Я же не воровка, не проститутка-клофелинщица какая-нибудь. Надо запечатать конверт, положить его обратно и тихонько покинуть помещение. Тем более что у меня и так есть деньги – полторы тысячи долларов. Такие гонорары мне и не снились. Сначала, когда Николь вручила мне плату за пьяную неосознанную «любовь», я испытала лишь отвращение с легкой примесью паники. Ведь для модели так важна репутация, и я всегда умудрялась талантливо избегать сомнительных историй, а тут вляпалась по самые уши. С другой стороны… Я же не помню ничего, вообще ничего. А раз так, значит, можно считать, что ничего и не было.

Но сейчас, когда я немножко успокоилась, полторы тысячи долларов, покоящиеся в моей сумочке, больше не казались пудовыми сребрениками.

Я положила конверт на полку, но потом, подумав, взяла его обратно и задумчиво повертела в руках. Что я, совсем с ума сошла, что ли? Да, меня купили, но я-то не горела желанием себя продать! Мною воспользовались без моего ведома и заплатили цену, которую я не назначала. Полторы тысячи!

Смешно.

Так имею ли я право взять эти деньги, с такой нарочитой небрежностью валяющиеся на столе?

Ха, а пусть попробуют меня остановить!

Я сложила конверт пополам и спрятала его в потайной кармашек своей дешевой соломенной сумочки. Настроение мое немного улучшилось, но все равно я знала, что еще не скоро смогу избавиться от тоски, которая со страстью пылкого влюбленного сжимала мои внутренности в стальных ледяных объятиях.

…Без взбалмошной Николь моя жизнь немного опустела. Нет, ее содержание оставалось неизменным – я продолжала бегать на какие-то кастинги, участвовала в показах. Меня даже выбрали для съемок телеролика о краске для волос. Но мне отчаянно не хватало общества единственной подруги, наших длинных телефонных бесед в жанре сплетни, совместных прогулок по магазинам и несмелых мечтательных зарисовок на тему общего топ-модельного будущего.

Из загородного дома Ра мы уезжали в разных такси. Почему-то я была уверена, что вечером Николь позвонит. И я ждала телефонной трели, как некоторые романтичные девушки ждут звонка любимого. Я даже приготовила несколько хлестких фраз, которыми собиралась отшвырнуть ее суетливые извинения.

Но телефон безмолвствовал.

Я ее прогнала, и она покорно исчезла.

Зато впервые в жизни у меня, вечно экономящей, бегающей по распродажам, появились шальные легкие деньги. Четыре с половиной тысячи долларов – для меня это было целое состояние. Первым делом я отправилась в свой любимый обувной бутик и приобрела две пары потрясающих вечерних туфель на высоченном каблуке. Я давно заметила, что в дорогих туфлях нога устает меньше. Буду в них по кастингам бегать – вдруг умопомрачительные туфельки станут крошечным аргументом в мою пользу?

Еще я накупила целую корзину косметики, хотя меня никак нельзя причислить к особам, злоупотребляющим декоративным макияжем. Но кто бы знал, как весело было носиться по магазину, выбирая тюбики и флакончики, покупая разные оттенки одной и той же губной помады и снисходительно улыбаясь суетящимся продавщицам.