Алекс Гарленд - Пляж

В конце концов огорчение Кити стало невыносимым. Чувствуя, что я должен это сделать, я окликнул его и предложил присоединиться к нам. Он неуклюже отложил «Нинтендо» и, подойдя к нам, сразу же начал извиняться за сложившуюся ситуацию, виновником которой считал себя. Все мы тут же дружно запротестовали, но это не прибавило ему настроения. Он сказал нам, что сам разговаривал с Сэл, уверяя, что не возражает против того, чтобы остаться на огороде, но его старания ни к чему не привели. Теперь разговор, по крайней мере, затронул тему, которая заставила Кити немного отвлечься от своих переживаний, ведь речь зашла об основной причине смены работы.

— Возможно, — предположила Франсуаза, — на острове что-то происходит. Что-то связанное с владельцами полей.

Кити невнятно забормотал, соглашаясь с ней, но тут вмешался Грегорио:

— Наверное, таиландцы хотят разбить поля и в этой части острова. Это серьезная проблема. Но зачем Джеду нужен напарник? Будь у него даже десять или пятьдесят товарищей, он все равно не сможет остановить таиландцев. Какая разница?

— Кто-нибудь хоть раз разговаривал с таиландцами? — спросил Этьен.

Грегорио покачал головой:

— Даффи говорил с ними, когда старожилы впервые появились на острове, а больше никто. По его словам, они уже знали о том, что мы находимся здесь, но им было наплевать на нас, лишь бы мы не покидали пределов лагуны. С тех пор больше не было контактов.

— Может быть, они рассердились, что Джед ворует травку? — предположил я.

— Может быть, но это ничего не меняет. Рассердились они или нет, при чем тут напарник Джеда?

— Так в чем же тогда дело?

Грегорио взглянул на свои руки, а затем снова на меня:

— Не знаю, Ричард… Я не знаю.

Мы проболтали до самой ночи, но наш разговор вертелся по кругу. Кроме Джеда или Сэл, никто не мог ответить на наши вопросы, но когда мы собрались лечь спать, Джед еще не вернулся, а у Сэл никто ничего не хотел выяснять. В ту ночь я часа два не мог заснуть. Мне мешали мысли, столь же необычные, как и весь остаток минувшего дня. Впервые после своего появления на пляже я принялся думать о доме, я почти желал вернуться. Я не хотел покидать пляж навсегда: мне хотелось лишь повидаться с несколькими важными для меня людьми и дать им знать, что я жив и со мной все в порядке. В первую очередь я бы повидался со своими близкими и с некоторыми друзьями.

Возможно, причиной этого был разговор с Франсуазой и последовавшие за ним обескураживающие события. Мысль о родителях застряла где-то на задворках моего мозга и никак не поддавалась магическому действию амнезии, свойственной пляжу.

— Привет, — произнес вдруг чей-то голос. Я обернулся. Позади меня в воротах дома стоял маленький мальчик. Он улыбнулся и направился по тротуару ко мне. — Хочешь пить?

Я тупо уставился на него. Мистер Дак был светловолосым и довольно упитанным мальчиком. Я удивился, что этот откормленный ребенок со временем превратился в тощего типа, которого я встретил на улице Кхаосан.

— Это ведь ты, да? — спросил я, чтобы развеять сомнения.

— Это я. — Он вытянул свои пухлые руки и похлопал меня по плечам. — Хочешь пить?

— Ну, вообще-то… — Я провел рукой по горлу. — А что у тебя есть?

— «Рибена» или вода.

— Давай воду.

— Хорошо. Подожди меня здесь.

Мистер Дан вошел в дом, слегка припадая на одну ногу, как утка. Интересно, не из-за этого ли он получил свое прозвище? Через минуту он вышел обратно с чашкой в руках.

— Боюсь, она недостаточно холодная. Холодную долго ждать.

— Да брось ты!

Он протянул мне чашку и пристально наблюдал, как я пью.

— Все в порядке? Может, нужно льда?

— Нет, отлично.

— Я могу принести тебе льда.

— Не нужно… — Я выпил чашку до дна. — Это как раз то, что надо.

— Замечательно. — Он широко улыбнулся. — Хочешь взглянуть на мою комнату?

Спальня мистера Дака во многом походила на мою в детстве — наваленная кучами одежда, плакаты с загнутыми уголками на стенах, мятое пуховое одеяло в ногах кровати, видавшие виды игрушечные машинки «Мэтчбокс» на полках, стеклянные шарики и солдатики повсюду. Главное ее отличие от моей спальни заключалось в том, что я делил комнату с младшим братом, поэтому беспорядка у нас было в два раза больше.

В середине комнаты на полу лежала развалившаяся стопка комиксов о Тинтине и Астериксе.

— Черт, — увидев их, восхищенно сказал я, — неплохое собрание.

Глаза мистера Дака широко раскрылись. Затем он подбежал к двери спальни и боязливо выглянул наружу.