Алекс Гарленд - Пляж

— Возможно. Я скоро узнаю.

— Да… Ты узнаешь. — Он задумчиво кивнул, а затем похлопал Кити по спине. — Ну, с тобой все ясно. Будешь целыми днями глазеть, как плавает Франсуаза. С меня бы и меньшего хватило.

Кити бросил на меня быстрый взгляд, который озадачил меня, а затем сказал:

— Осторожней, Джессе. Ты же не хочешь, чтобы Кэсси слышала твои слова.

Джессе засмеялся:

— Ты прав. Ты меня просто без ножа зарезал. — Он подмигнул, непонятно кому из нас, а потом посмотрел, что делается на площадке. — Да. Похоже, повара готовят еду. Надо нести овощи.

— Конечно, — ответил Кити, и Джессе затрусил к лагерю.

Кити посмотрел ему вслед, а затем обернулся ко мне:

— Он единственный с огорода, кого мне будет не хватать.

— Похоже, он неплохой парень.

— Да. Он и Кэсси тебе понравятся. Особенно потому, что они не в большом восторге от Багза.

— Да?

— Я говорил тебе, что Жан — жестокий начальник, но Багз… он просто выводит Кэсси из себя.

— Я уже заметил это.

— Ты, наверное, тоже будешь скучать по своей бригаде.

— Гм. — Я глубоко затянулся и медленно выпустил дым. Вдохнул, наверное, слишком глубоко, а выдохнул слишком медленно, потому что заметил, как Кити кинул на меня еще один пытливый взгляд. — Скорее всего, да.

Войдя в лагерь, я не скоро нашел Этьена, Франсуазу и Грегорио. Они стояли и разговаривали. Пока я искал их, у меня была уйма времени подумать о том, как смена работы повлияет на мою жизнь на пляже. В голове в основном быстро мелькали «слайды» — разные эпизоды: как мы вчетвером болтали и смеялись, как ныряли с нашего любимого рыболовного валуна, как заключали пари, кто поймает самую крупную рыбину, как ныряли за острогами, которые не попали или, наоборот, попали в цель, как повторяли до смешного неудачные броски. Дольше всего перед моим мысленным взором держался образ Франсуазы, что было в общем-то неудивительно. Франсуаза, будто амазонка, застывшая с занесенной над головой острогой, пристально всматривающаяся в снующих под водой рыб. Даже сейчас я отчетливо представляю эту картину.

Когда я приблизился, мне показалось, что они уже знали все новости. Трое прервали разговор и, обернувшись ко мне, рассматривали меня молча и настороженно. Впрочем, они просто вглядывались в выражение моего лица. Пытались истолковать его, а также понять, что означает моя походка. Если кто-то неторопливо подходит к вам, склонив голову, вы можете с уверенностью сделать вывод — что-то случилось.

Когда же я подошел к ним, произошло нечто странное. Они по-прежнему молчали, ожидая, что я заговорю, но у меня возникло чувство, будто я уже не принадлежу к их группе. Похожее чувство я испытал в то первое утро после лихорадки, обнаружив, что, пока я спал, Этьен с Франсуазой стали частью нового мира. Молчание продолжалось. Я нахмурился, обхватил рукой затылок, а затем беспомощно пожал плечами.

— Что такое, Ричард? — настороженно спросил Этьен. — Что-то случилось?

Я утвердительно кивнул.

— Что же? Расскажи нам.

— Я больше не буду ловить с вами рыбу.

— Как это, больше не будешь?

— Я перехожу на другую работу. Сэл… Она только что сказала мне об этом.

Франсуаза от возмущения на миг лишилась дара речи.

— Но почему? Как она могла так поступить?

— Это связано с Джедом. Ему нужен напарник. Меня заменит Кити.

Грегорио покачал головой:

— Подожди-ка, Ричард. Ты ведь не хочешь менять работу, нет?

— Мне нравится ловить рыбу…

— Тогда все в порядке. Ты остаешься с нами. Пойду поищу Сэл и поговорю с ней. — Он направился к дому.

— Грегорио все уладит, — сказал Этьен. — Не беспокойся, Ричард. Тебе не придется менять работу.

— Тебе не придется менять работу, — эхом откликнулась Франсуаза. — Мы хорошо сработались, Ричард. Конечно же, ты останешься с нами.

Я кивнул, довольный тем, что мои друзья проявили солидарность со мной, но в то же время я испытывал большие сомнения. Я знал, что Сэл приняла окончательное решение, и как бы для того, чтобы расставить все по местам, послышался звук ее низкого голоса, сообщавшего Грегорио, что это единственный выход из создавшегося положения.

Хотя я жалел себя и развитие событий застало меня врасплох, в тот день мне было больше жаль Кити. После того как Грегорио не удалось переубедить Сэл, мы провели остаток дня вчетвером, усевшись в кружок, ловя кайф и обсуждая случившееся. Кити, правда, сидел в одиночестве у входа в свою палатку. Казалось, что он всецело поглощен своим «Геймбоем», но вид у него был жалкий. Наверное, он считал себя кругом виноватым и испытывал уныние от того, что его новые товарищи по работе так огорчены обстоятельствами его появления.