Алекс Гарленд - Пляж

— Джед?

— Он любит получать задания. Понаблюдай за ним.

Я хотел ответить Кити, но тут Сэл захлопала в ладоши и встала.

— О'кей, — оживленно сказала она. — Все вы знаете, что у нас появились проблемы.

— Чертовски верная мысль, — протянул один австралиец в противоположной стороне нашего круга.

— Мы думали, что нам хватит риса еще на семь недель, но теперь оказалось, что у нас его всего на два дня. Это не такая уж большая катастрофа, никто не умрет с голоду, но все-таки у нас осложнения. — Сэл помолчала. — Вы знаете, что это означает. Пора за рисом.

Услышав это, несколько человек присвистнули, главным образом из чувства долга, догадался я.

— Итак… Есть добровольцы?

Рука Джеда взметнулась в воздух.

— Что я тебе говорил? — прошептал Кити.

— Спасибо, Джед. Хорошо… один есть… Кто еще? — Сэл вглядывалась в лица, но многие поспешно опускали глаза. — Ну же… Ведь все мы знаем, что Джед не справится один.

Как и в тот момент, когда я спрыгнул с водопада, до меня дошло, что я делаю, лишь тогда, когда уже делал это. Казалось, к моему запястью присоединили невидимую струну, которая тянула мою руку вверх.

Сэл заметила меня, а затем взглянула на Багза. Уголком глаза я видел, как он пожал плечами.

— Ты тоже вызываешься, Рич?

— Да, — ответил я, все еще немного удивленный тем, как это вышло. — Я имею в виду… Да, вызываюсь.

Сэл улыбнулась:

— Хорошо. Тогда решено. Вы отправитесь завтра утром.

Подготовка к отплытию не требовала много времени. Нам нужны были только деньги и одежда, которой можно было бы прикрыть спину. Деньги нам дала Сэл. Остаток дня я провел, отбиваясь от Кити, повторявшего, что я спятил.

Этьен с Франсуазой вернулись с кораллов, когда уже стемнело. Они тоже удивились, что я добровольно вызвался на это дело.

— Надеюсь, тебе не наскучило жить здесь, — сказала Франсуаза, когда мы болтали у входа в дом.

Я рассмеялся:

— Ничуть. Я просто подумал, что это, наверное, интересно. И вообще, я еще ни разу не был на Пхангане.

— Хорошо. Грустно, если надоедает жизнь в Эдеме, а? Если устанешь от Эдема, что еще остается?

— От Эдема?..

— Да. Помнишь, Зеф назвал это место Эдемом.

— Зеф? — Я нахмурился, потому что, конечно же, ничего не помнил. — Да, да… Он говорил.

Я пристально всматривался в воду. Мне просто нужно было как следует все рассмотреть. Фигура под водой продолжала двигаться, и мне пришлось сосредоточиться, чтобы понять, что же я вижу.

Какое-то мгновение я видел кораллы. Красные кораллы с кривыми белыми пальцами-отростками. В следующее мгновение я уже видел выступавшие из окровавленных тел ребра. Десять-двадцать изуродованных тел… или столько же, сколько было коралловых рифов.

— Психологический тест Роршаха, — произнес мистер Дак.

— Гм.

— Это бабочки? Цветочная клумба?

— Нет. Это груда тел мертвых камбоджийцев.

Он тихо засмеялся.

— Я не думаю, что ты пройдешь этот тест.

— Не думаю, что и тебе удастся его пройти.

— Хорошо сказано, Рич. Точка излома.

Мистер Дак опустил глаза на свои запястья. Вокруг его ладоней и запястий образовались большие черные струпья. Ему, по-видимому, удалось остановить кровь.

— Скажу тебе все как есть, Рич, — заговорил он. — Остановить кровь в этих ублюдочных жилах — это был кошмар… Совершеннейший кошмар, я не шучу.

— Как тебе это удалось?

— Я обвязал руки куском ткани у самых плеч, очень туго, и кровь стала течь медленнее, а затем стала свертываться. Здорово я придумал, правда?

— Вот это мальчик, — начал было я, пользуясь случаем, но он перебил меня.

— Ладно, Рич. Хватит. — Он раскачивался на пятках, как ребенок, которому не терпится выложить какую-то хорошую новость. — Значит, так… Ты, наверное, хочешь знать, зачем я сделал это?

— Зачем залечил порезы?

— Да.

— Валяй, рассказывай.

Мистер Дак гордо улыбнулся:

— Я сделал это, потому что ты хочешь пожать мне руку.

Я в изумлении поднял брови.

— Помнишь? Ты возвращался от того дерева с вырезанными надписями и решил, что должен пожать мне руку. Поэтому я сказал себе: «Как же я могу позволить Ричу пожать мне руку, если из нее ручьем хлещет кровь! Да никогда в жизни!» — Он произнес все это, тыкая пальцем в воздух. — «Рич пожмет чистую руку! Сухую руку! Руку, которую он заслуживает!»

Я пытался сообразить, как ему ответить. На самом деле, я уже совершенно забыл о своем желании пожать ему руку и даже не был уверен, хочу ли я этого сейчас.