Алекс Гарленд - Пляж

— Ты…

— Я никогда не предлагал тебе ничего, кроме Вьетнама, и то лишь потому, что ты сам попросил. Но тебе еще подавай и пляж. Если бы ты мог иметь Вьетнам и сохранить пляж, то никакого Вьетнама не было бы и в помине.

— Я не знал этого! Ты мне никогда об этом не говорил!

— Совершенно верно. — Мистер Дак засиял от радости. — В том-то вся соль. Ты все равно оказался во Вьетнаме, даже сам того не понимая. Не понимая, что происходит, не зная, когда остановиться, ты завяз в сражении, которое было проиграно еще до своего начала. Потрясающе! Все рассчитано — одинаковый исход при любом варианте.

— Но мне не нужен был такой Вьетнам! — возразил я. — Совершенно не нужен! Мне хотелось… — тут я осекся. — Все?.. Погоди, ты сказал, что все рассчитано?

— Все. Прямо до печального конца. — Он потер руки. — Знаешь, Рич, я всегда думал, что эйтаназия — доброе дело. Но я и не представлял, что она может оказаться такой забавной штукой.

Я наблюдал за Сэл из-за двери дома. Все обступили ее кружком, а она, сияя и расхаживая внутри него, отдавала распоряжения, как подарки ко дню рождения. Бригадам Грегорио и Моше — выполнить особый план по отлову рыбы; Багзу и его плотникам — оборудовать площадку для пиршества; Грязнуле и огородникам — приготовить праздничный стол; Элле — ощипать целых семь кур.

— Мясо! — услышал я, как воскликнула одна из югославок. — Я не ела мясо с… с…

С прошлого Тэта, решили все. Девять или десять месяцев назад несколько человек съели убитую Жаном обезьяну. Ее мясо по вкусу скорее напоминало ягненка, чем цыпленка, рассказывал Джессе. Сэмми, возможно, счел бы это интересным исключением из своих правил в отношении экзотической еды.

Наблюдая за тем, как Сэл все мастерски организует, мне стало любопытно, какой будет ее реакция, если я скажу ей, что после случая с прибывшими на плоту мы получили лишь временную отсрочку и что любые наши усилия по защите пляжа ни к чему не приведут. Интересно, напугает ли ее эта новость так, как напугала меня?

Когда в то утро все проснулись и дом наполнился гудением, я притворился спящим. Притворство потребовало немало усилий, ведь меня пыталась разбудить Франсуаза, но потом ее позвала Сэл.

— Оставь его в покое, — сказала она, без всякого сомнения, догадавшись, что я притворяюсь. — Вчера у Ричарда был тяжелый день — он же собирал травку для сегодняшнего вечера.

К счастью, дом довольно быстро опустел, и тогда я наконец смог сдернуть с головы простыни, зажечь свечку и закурить. На самом деле я проснулся часа на два раньше остальных и все это время просто умирал от желания закурить. Вот тогда-то и надо было сматывать удочки. В этом случае никто бы не застукал меня в доме. Но я знал, что в пять утра еще слишком темно, я же был не готов к встрече с темнотой. Неизвестно, что за ней скрывается. Поэтому, вместо того чтобы выскользнуть наружу, я два часа напрягал извилины, гадая, как бы перехитрить мистера Дака.

Единственное, что я знал точно, — это что если Вьетнаму придет трагический конец, то и мне тоже. Больше я ни в чем не был уверен. При проработке всех возможных вариантов получалось бессчетное число развязок. Для меня, как для пехотинца, достаточно будет неправильного приказа моего командира. Приказа, который поведет к катастрофе в DMZ и который мне придется выполнять, несмотря на верные предчувствия. Конец мог также наступить из-за элементарного невезения. Как в нужный момент у солдата заклинивает винтовку М16, так мне могла изменить удача во время прыжка с водопада.

Но хорошо зная характер мистера Дака, я больше опасался иной угрозы. Все упомянутые были достаточно реальными, но они не имели признаков кошмара. Когда мистер Дак говорил о плохом конце, то в глубине души я понимал — он имеет в виду только одну вещь. Вьетконг. Падение Сайгона.

К счастью, пытаясь разбудить меня, Франсуаза не подумала стащить с моей головы простыни. А то она бы заметила, что они насквозь мокрые от моего холодного пота.

К восьми часам все получили задания по подготовке к празднику, и на площадке уже кипела работа. Не желая, чтобы меня заметили и попросили присоединиться, я пошел и сел обратно на постель. Бесполезное дело, когда точно знаете, что рано или поздно кто-то зайдет и увидит вас! Но мне хотелось по возможности оттянуть этот момент.

Уже перевалило за половину девятого, когда в дверях появился чей-то округлый силуэт.

— Все по тебе соскучились, — сказала Сэл, шествуя в окружении теней, пока не оказалась в пламени моей свечи. — Грег спрашивал, не сможешь ли ты сегодня поработать в его бригаде. Кити хочет обменяться с тобой мнениями о Пхангане. — Она улыбнулась. — Я знаю, тебе будет приятно услышать, что Франсуаза попросила меня проследить за тем, чтобы ты присоедился к ним, как только встанешь.