Обед в ресторане…
Голубое махровое полотенце для Тани…
Экскурсия в Несебр…
В Калиакру…
Теплый цвет коньяка, который мы будем пить вечером…
Пугало с фиалкой и лиловой лентой, вата, торчащая из его плеча, зеленая стена леса, дорога с ревущим бульдозером, груши, деревья с зелеными персиками, пчелы, которые кружат над клубникой, оранжевая веранда, сверкающие на солнце кусочки слюды, вкрапленные в штукатурку дома, – земля вращалась. Сашко вращал железные ворота, ставни на соседней даче с прорезанными на них сердечками, „Бакингемский дворец"…
Он уловил шум мотора. Это был не бульдозер, но и не захлебывающийся, хрюкающий „москвич" товарища Гечева. Земля завертелась, а когда снова появилась дорога, Сашко увидел белое „пежо". Новенькая, блестящая, как только что очищенное яйцо, машина протискивалась между Ванкиным бульдозером и кучей грунта, направляясь в их сторону. Ванка выключил мотор и смотрел вслед машине.
Сашко не мог остановиться, потому что вращал землю, вращал оранжевую веранду, вращал персиковые деревья, железные ворота, облагороженные груши…
Когда снова показалась дорога, он увидел, что „пежо" стоит перед воротами соседней дачи с постоянно закрытыми ставнями и вырезанными на них сердечками.
– Прибыл Пежо, – сказал Антон. – Интересно, какой сегодня урожай.
Дверца машины распахнулась, и мужская нога в модном мокасине ступила на землю. Перед Сашко вновь выросли пугало в женской шляпе с торчащей на плече ватой, зеленые кроны деревьев, остановившийся бульдозер и Ванка, который привстал с места и смотрел в их сторону…
„Бакингемский дворец", железные ворота, закрытые ставни соседней дачи с прорезанными в них сердечками, пугало во дворе…
Вдруг пугало замерло на месте и стало увеличиваться в размерах. Фиалки на его шляпе и лиловая лента испугали Сашко своей неподвижностью, сердце его сжалось от страха и боли…
Таня, это Таня… Небрежно перекинув через плечо сумочку, она шла по дорожке, выложенной плитками, между которыми пробивались трава и ромашки. Положив в карман ключи от машины, за ней вышагивал Пежо. Ключи позвякивали, ударяясь о бутылку водки, наполовину выглядывавшей наружу.
– Сашко, ты почему остановился? – откуда-то издалека услышал он голос бая Ламбо. – Что с тобой?
Нет, это не Таня, очень похожа на нее, но не она.
Приехавшие подходят к дому с коричневыми ставнями. Пежо достает ключ, вставляет его в замочную скважину, дверь как бы пятится назад, открывается, не издав ни звука, беспомощно отступает…
Пежо – ровесник Сашко и Ванки. Кажется, он студент, но где учится, даже Ванка не знает. Через день-два белый автомобиль „пежо" приезжает на дачу, в разное время, и привозит девочек. Иногда девочки повторяются, приезжают по несколько раз подряд. Иногда из-за коричневых ставней с прорезанными в них сердечками раздается музыка, нервные однообразные мелодии, а иногда ничего не слышно, Пежо и девочка заходят в дом и наступает тишина, молчание, нарушаемое только скрипом бура и рокотом бульдозера.
Сначала, когда Пежо запирался с девочкой в доме, все четверо чувствовали себя неловко, ведь они работали в нескольких метрах от дачи, им было как-то не по себе, будто они в чем-то виноваты.
Но Пежо не обращал на них внимания, будто их не существовало или они были частью пейзажа, складкой местности, дополнением к грушам или каменной веранде.
На даче он оставался то дольше, то меньше, а когда выходил с девушкой из дому, на них даже не смотрел, словно не замечал, садился в машину и уезжал.
Мир застыл, земля не вращалась, неподвижно стояли „Бакингемский дворец", дача с оранжевой верандой, железные ворота и груши, Ванка, который смотрел в их сторону и подавал им руками какие-то знаки, пчелы, и те неподвижно застыли над клубникой… Сашко все еще смотрел на дом, в котором скрылся Пежо.
– Сашко, тебе плохо? – озабоченно спросил бай Ламбо.
– Сядь на траву, – сказал Антон. – У тебя, видно, закружилась голова.
– Отдохни немного, – добавил бай Ламбо.
„Что же это получается, – думал Сашко, – пока мы здесь вращаем землю и создаем все, что нужно для жизни… А почему бы и нет, земля вращается, значит существуют силы притяжения, и потому некоторые могут совсем спокойно… нет опасности, что они вылетят, машина нормально едет себе по шоссе, она не разорвется на мелкие кусочки в пространстве…"
– Тебе плохо? – снова спросил бай Ламбо. „Конечно, мне плохо, – хотелось крикнуть Сашко.
Читать дальше