Алексей Яковлев - Внутренние новеллы

— Ну и что? Думаешь, не заметят?

— Они же там все зачесали. Почти не видно.

Мы уже погрузили шубы обратно в «Оку». Кажется, предельно аккуратно. Даже в чехлах, как было. Ну, у нас теперь был повод стараться. На одной из шуб зияла проплешина с пятикопеечную монету.

— Вот дура! — ругался я, выворачивая из переулка. — Ты там какие-нибудь бумажки подписывал?

— Ладно, ничего страшного, мы тут ни при чем. Бумажки? Да, вот… Расписки.

— О сохранности?

— Ну да. Кажется, о сохранности.

— Блядь. А мы же еще опаздываем, они час как должны закрыться. Может, все ушли, никого нет…

Конечно, никто не ушел, и даже, кажется, не сдвинулся с места. Когда мы въехали на склад Бобрового мира, менеджеры и управляющий стояли у входа под мелким моросящим дождем почти в тех же позах, в каких мы их оставили четыре часа назад. Чем-то они, правда, напоминали тоскующую семейку бобров, у которых разрушили плотину. Увидев «Оку», бобры бросились к ней и начали по одной вытаскивать шубы, расправлять их в чехлах и нежно, прижимая к груди, уносить в недра склада. Это напоминало спасение заложниц из рук террористов. Пересчитав все шубы, управляющий с явным облегчением заулыбался — и торопливо написал на бумажке, что весь товар получен в целости и сохранности. Мы не стали задерживаться ни секунды.

— Да! Главное, быстро. Никто ничего и не заметил. Мы ведь могли чего угодно в чехлы напихать, да? И разбогатеть…

— У нас еще есть бриллианты, — задумчиво сказал Брахман.

— Ну, с бриллиантами такой номер конечно не пройдет. Придется сдавать. Там никто ничего не спер?

— Вроде нет, все на месте.

Мы вывернули на Тверскую. Там висела огромная перетяжка: «ПИТЕР БОЛЕН В КРЕМЛЕ».

— Интересно, что это значит? — задумчиво спросил Брахман. — Почему они там все болеют?

— А, может, это тайный призыв вернуть столицу в Петербург. Или про нового помощника Ельцина — он вроде из Питера…

— Или… О, тормози, тормози, вот же Мир бриллиантов!

Мы остановились у сверкающего бутика. Уже приближалась полночь, но Тверской это не касалось — народу и машин было не меньше чем днем. Брахман бодро схватил сумочку (теперь он обращался с ней куда легкомысленней) и направился к стеклянной двери, а я достал сигарету и закурил.

Все-таки с Брахманом удивительно легко вляпываться в приключения. И так же легко из них выныривать. Он умеет настолько не замечать проблему, что та обижается и исчезает. Иногда его достаточно просто позвать туда, где есть проблема. И все само налаживается. Пока он едет. При нем всегда ломается новая техника, которая должна работать безупречно. Компьютеры, магнитофоны, крутые штучки. И работает то, что по идее должно сгореть и развалиться. Видели бы вы его системный блок с процессором, приделанным на прищепке! Он похож на волшебного эльфа, который может дать орку по морде — и орки сразу становятся его друзьями. У него есть кольчуга, я сам видел, он делал ее из пружинных шайб, но не доделал и до половины. Ему надоело, и он отдал себя под защиту высших сил. На хрена ему кольчуга? Думаю, он — единственный человек в мире, который при желании мог бы даже приручить белого медведя (который, как считается, приручению не поддается). Но и для этого Брахман слишком ленив. Лень — один из секретов его магических способностей. Кстати, что он так долго?..

Наконец Брахман вышел из магазина и легким танцующим шагом направился к «Оке». Но постепенно походка замедлялась. Не дойдя до машины трех метров, он остановился и обернулся на магазин. Почувствовав неладное, я выскочил из машины и подбежал к нему. Брахман смотрел на вывеску и беззвучно шевелил губами.

— Ну что, ты сдал?

— Сдал.

— Ну так что же?…

— Кажется, сдал не туда.

И точно. Тот «Мир брильянтов» был в середине Тверской, а этот же — в самом начале! Как мы не заметили? Хотя вывеска, конечно, один в один. Но ведь каждый второй ювелирный магазин в Москве назывался тогда именно так!

— Как же у тебя приняли?..

— Не знаю. Я пошел на второй этаж, там какая-то девушка сидела в дирекции. Я спросил: «Вы бриллианты примете?», а она, кажется, удивилась, но ответила: «Да, конечно». И приняла.

Я судорожно закурил вторую сигарету.

— Я сейчас пойду туда. И попробую все забрать обратно, — решительно повернулся к магазину Брахман.

— Может, пойдем вместе?

— Нет. Наверное не стоит. Охрану могут вызвать.

Он снова скрылся за дверью, а я ходил вокруг «Оки», курил и молился. К счастью, молиться пришлось не долго. Спустя 30 секунд Брахман с сумочкой нарисовался на Тверской.