Николай Никандров - Путь к женщине

– Записали? Ну, вот и хорошо. Вдруг пригодится! Я всем хорошим мужчинам велю записывать мой адрес, потому что многие сперва отказываются, говорят, что не хотят, а потом, смотришь, приходят. Такие даже еще скорей других приходят. А кто ко мне раз придет, тот постоянно будет ходить. Ну, прощайте!

Она встает и уходит, шурша своими многослойными на рядами и оставляя после себя в воздухе след странных, сладких, тошнотворных духов.

Шибалин сидит. Думает. Долгое время не хочет браться ни за карандаш, ни за бумагу…

XVIII

В боковой малолюдной аллее, у самой ограды, Шибалин встречает своеобразную, хотя для больших городов и довольно обычную процессию.

Впереди, ни на что не обращая внимания, точно сознавая свою непобедимую силу, плывет с царственным видом картинная красавица – молодая, высокая, стройная женщина – с таким лицом и с такими глазами, что каждый встречный неволь но приписывает ей все человеческие достоинства и ни одного недостатка. Вероятно, поэтому за ней, как хвост за кометой, длинно тащится, расширяясь к концу, рой мужчин: старых, юных, красавцев, уродцев… Почему-то особенно много последних. У всех мужчин переполошенные лица, расширенные глаза, испуганная, неровная, спотыкающаяся походка на ослабевших, как у пьяных, ногах…

Шибалин тотчас же узнает среди мужчин процессии и прежнего чахоточного вузовца, только уже без вузовки, и заведующего, но без машинистки, и старого привычного супруга, без супруги, и недавно женившегося вместе с желающим жениться…

И только двое последних делают героические попытки познакомиться с гордо шествующей красавицей. Остальные же, очевидно, не надеясь на свои данные, лишь бегут за нею издали, при каждом повороте красавицы по-мальчишески рассыпаясь в кустах.

Вот желающий жениться догоняет красавицу, забегает на несколько шагов вперед, останавливается, принимает художественную позу, кривит лицо в ласковую улыбку, пропускает красавицу мимо, смотрит ей в спину, в икры, чмокает губами, как бы восклицая:

– Вот это – да!

Потом к недавно женившемуся другу, подбегающему к нему:

– Знаешь, эта еще лучше той, третьегоднешней! А я-то думал, лучшие не бывают – бывают! Ты вот что, не путайся у меня под ногами, сядь тут! Имей в виду: пока я добровольно не откажусь от нее, до тех пор она – моя! А если у меня с ней ничего не выйдет, тогда можешь приниматься за нее ты! Только тогда! Понял?

Недавно женившийся послушно, хотя и неохотно, садится на скамейку:

– Понял, понял, не кричи. Не горячись… Очень распоряжаешься.

– Чего там "очень"! Сиди и молчи, раз тебе говорят!

Поправляет на себе платье, начищает кончики ботинок, поэтически приминает с одного боку шляпу:

– Я сейчас опять забегу ей вперед. И заставлю-таки заговорить со мной по-человечески.

Догоняет красавицу, идет рядом, наклоняет к ней заискивающее лицо, вбирает в себя живот, подрагивает задом, как птица хвостом:

-

Гражданка! Пожалуйста, чего-нибудь не подумайте! У меня нет никаких низких намерений! Я только прошу вашего позволения пройтись с вами несколько шагов, познакомиться, поговорить, узнать…

– Что-о? – поводит в его сторону надменно-насмешливым взглядом красавица, вдруг круто поворачивает назад и идет в обратную сторону.

Он – за ней.

– Я вас, конечно, понимаю, гражданка: поступать с нашим братом иначе нельзя! Но вы все-таки сперва поинтересуйтесь узнать, кто я, а потом уже уходите от меня – уйти всегда успеете! Я не хулиган, не бандит и не кто-нибудь вроде! Я мирный московский житель, советский служащий, имею квалификацию, могу документы показать…

Дрожащими руками суетливо роется в карманах, высыпает из них какую-то слежавшуюся труху, долгое время ничего не находит… Наконец, где-то, за подкладкой пиджака, натыкается на истертую бумажонку в осьмую листа. Сует бумажку красавице:

– Извиняюсь! Документов, к сожалению, сейчас при мне не оказалось, остались в новом пиджаке! Но вот бумажка, тоже могущая служить удостоверением личности: именной ордер на получение из склада "Москвотопа" полсажени березовых дров!

Красавица идет, с брезгливой гримасой отстраняет от себя бумажонку:

– Ах, отстаньте вы с вашим ордером! Сказала не приставайте, значит, не приставайте!

Желающий жениться прижимает руки к груди с клятвенным выражением лица:

. – Выскажусь до конца и уйду!

– Не желаю я ваших высказываний!

Она сворачивает вбок.

Он галантным прыжком за ней:

– Почему не желаете? И как вы можете не желать, когда вы даже еще не знаете, что я хочу вам сказать? А вдруг я сообщу вам что-нибудь очень важное!