Барбара Вайн - Книга Асты

Впрочем, я этого не сделала. В конце концов, смысл завещания в том, чтобы твои вещи достались именно тем людям, которым ты и хотел их оставить. А Mor хотела, чтобы этим человеком была я. Без нее я чувствую себя потерянной. Я никогда по-настоящему не расставалась с ней. Даже когда вышла замуж за Торбена, сначала жила по соседству, за углом. Самой длительной разлукой стали те несколько недель, которые я провела в Дании в 1924 году. Мне тогда было девятнадцать, там я познакомилась с Торбеном. Всю жизнь потом я или навещала ее каждый день, или звонила по телефону, но в основном приходила к ней. А после смерти Far мы прожили с ней в одном доме двадцать лет. Мне до сих пор не верится, что она меня покинула. Она так много значила в моей жизни. Она была моей жизнью. Я слышу ее шаги на лестнице, слышу, как она зовет меня «lille Свонни», чувствую запах «Коти», которыми она всегда пользовалась. Как-то я открыла ящик туалетного столика, и оттуда вырвался ее запах. Он так ярко напомнил о ней, это было так ужасно, что я заплакала.

Я не должна тебе об этом писать. Мне надо или взбодриться, или философствовать. Ее смерть освободила меня, я могу заняться тем, чем всегда хотела, но не хватало времени. Но я не хочу этим заниматься! Я слишком подавлена, не хочется ничего делать. Из хороших новостей. Доктор прописал мне таблетки, теперь я могу, по крайней мере, спать. Думаю, что со временем продам этот дом. Не хочу жить среди воспоминаний. Черкни мне строчку, если сможешь. Мне нужна твоя поддержка.

С огромной любовью, как всегда.

Я не называла ее тетей целую вечность, с тех пор как лет в пятнадцать с подростковой дерзостью заявила, что собираюсь отбросить слово «тетя» в обращении к ней. Она не возразила. Но сейчас ей так плохо, что она, видимо, забыла, как долгие годы я называла ее просто Свонни, как и все.

Впрочем, «всех» не так уж и много. Вдали от нее, в Америке, я вдруг осознала, что пытаюсь вспомнить, кто же называл ее по имени. Джон и Чарльз, сыновья ее брата Кена, но вряд ли она когда-то их видела. Посольские друзья, если она поддерживала с ними связь, в чем я сомневаюсь. Отец Дэниэла, за которого мама собиралась замуж, иногда навещал ее, но с тех пор, как она овдовела, это случалось редко.

Если бы я тогда вернулась домой, думаю, что переехала бы к Свонни. Страх перед возвращением в страну, где я окажусь рядом с Дэниэлом и Кэри, отчасти связан с нежеланием оставаться в своей квартире. Я прожила в ней пять лет вместе с Дэниэлом, каждая комната полна воспоминаний о нем и, возможно, до сих пор хранит его запах, запах его мыла и сигарет. Как в комнате Асты не выветривался аромат ее духов. Я всерьез подумывала не возвращаться в ту квартиру, а пригласить кого-нибудь привести ее в порядок а затем продать. А до этого можно было бы оставаться на Виллоу-роуд.

Зная, как обрадуется Свонни, я уже представляла, что мы разделим дом на две отдельные квартиры, для нее и для меня, когда пришло еще одно письмо, в котором она сообщала, что решила переехать.

Не хотелось бы просить тебя, так как, возможно, у тебя свои планы, но было бы прекрасно, если бы ты смогла на Рождество приехать домой. Помнишь, какой восхитительный праздник мы всегда устраивали на Рождество? Ведь оно так много значит для датчан. Дом всегда великолепно украшен, праздничный ужин в Сочельник. Даже в последний год, когда Mor с трудом понимала, где находится, мы не нарушили традицию, приготовили рис с миндалем, фруктовый суп, гуся и blekage. [23] Яблочный пирог. Если ты приедешь, я постараюсь сделать что-нибудь как тогда, даже если больше никто не придет.

Теперь мои новости. Я решила переехать. Дом вдруг стал таким огромным. К агентам я пока не обращалась, надо разобрать вещи и привести все в порядок. Мне нужно что-то делать, чтобы отвлечься от горя. Не думала, что у нас столько всякого хлама.

Я начала с мансарды. Она забита старыми книгами Торбена и чемоданами, которые скорее похожи на переносной гардероб. Такие сейчас уже никто не берет с собой в дорогу, но они были очень популярны, когда все пользовались услугами носильщиков. Представь, как ты берешь с собой в самолет кожаный чемодан, который даже без вещей тяжеленный, будто свинцовый.

У Mor было так мало своего. Ее комнату будет легче всего привести в порядок. Не могу понять — почему у нее так мало осталось одежды? Наверное, она отнесла одно за другим все свои платья и пальто на продажу в те антикварные магазинчики. Интересно, что о ней там думали? Разглядели в ней прежнюю красоту или принимали за сумасшедшую старуху?