Андрей Марченко - Наследство одной ведьмы

Я из соседней комнаты отлично слышал дыханье Василисы, тиканье ее наручных часов.

И когда она проснулась, ее дыхание изменилось. Но я не стал заходить к ней — подождал пока она придет в себя, вспомнит, где она находится.

— Франц, — наконец позвала она.

— Я здесь.

Я не стал спрашивать зачем я ей — просто она хотела услышать мой голос, узнать, что здесь она не одна.

И действительно — потом она надолго замолчала. Потом встала, оделась в темноте. Включила свет, убрала постель. Вышла ко мне.

— Франц, я есть хочу.

— Вот здесь уже ничем помочь не могу. Будем выбираться?

— Да…

Когда мы шли назад, она спросила:

— Какой это этаж?

— Смотря откуда считать, — ответил я. — Если с верху, то четвертый. Минус четвертый. У этого здания есть наземный четвертый этаж, поэтому уровень семь именовали «этаж минус четыре». А если считать снизу… То третий…

Мы как раз подошли к лестнице. Василиса остановилась и вместо того, чтоб ступить вверх, вдруг стала спускаться вниз.

— Стой! Вверх — это совсем в иную сторону!

— А что там внизу?

— Там нет ну решительно ничего интересного.

— Я все же взгляну?

— Ты же есть хотела?

— Как раз еще аппетит нагуляю.

Но что я мог сделать против женского любопытства. Я решил прибегнуть к последнему аргументы:

— Там крысы! — она на секунду остановилась и оглянулась. Я решил добить, — И эти… как их… Пауки! Размером с … э-э-э… Кошку!

— Правда что ли?… Пошли, посмотрим!

Эти коридоры были почти полностью открытыми — сварщики отказались так далеко тащить свои аппараты, посему двери завешивали амбарными замками. К нашему появлению они уже сгнили и осыпались на пол.

Ручки здесь были медные, покрытые бело-зеленой ржавчиной.

— А почему они не стальные?

— В туннелях может скапливаться метан. И чтоб вдруг не было случайной искры, от стали стараются отказаться…

— Я думала, метан только в глубоких шахтах… В километрах под землей.

— Да нет, бывает и в десяти метрах под землей связисты задыхаются…

— А мы не задохнемся?

— Не должны.

— Почему?

— Тут еще есть пещеры.

— Где?

В общем, через три минуты мы спустились и в пещеры.

А еще через пятнадцать минут банально заблудились.

Я не был склонен паниковать — существу, которое проходит сквозь стены не трудно найти выход из любого лабиринта. Хуже, что нервничать стала Василиса. К тому же китайский фонарик работал с перебоями и светил тускло.

Светящаяся плесень была повсюду, но к ее освещению надо было привыкнуть. Да и в ее свете плохо было видно паутину. Хотя, надо сказать, что пауки услышав шаги, тут же убежали или спрятались.

Мы вышли к подземной реке. Она была не широка, но глубину ее мерить мы не стали, но вода в ней холодила даже с расстояния нескольких метров и быстрое течение бесновалось в камнях.

Вдруг ногой я почувствовал что-то странное.

— Посвети-ка сюда.

Песок здесь был крупный, но на нем все же отпечатался след. Он был никак не меньше тридцати пяти сантиметров в длину.

— Это чудовище… — запричитала Василиса, — Смотри, какие лапы…

— Нет это не чудовище… Следы большие, но расстояние меж ними… — я сделал пару шагов. — сантиметров на пять выше меня. Весит где-то в полтора раза больше тебя. Неужели это так сложно?

— Мне все равно страшно…

— А ты громче кричи, он тебя услышит, придет и ты не будешь одинока. Некоторое малое время…

— Тогда объясни мне, отчего ты тянула нас в эти катакомбы?

Она всхлипнула. Мне не оставалось ничего кроме как ее успокоить.

— Пятки вдавливают грунт сильней — мы же идем в другую сторону. Стало быть скоро мы отдалимся достаточно далеко.

Но нет, нет не отдалились…

Он свалился нам на голову в прямом смысле этого слова. Что-то зашумело над нашими головам, посыпался песок, потом камни побольше.

Василиса отскочила в сторону, и вовремя — на место, где она только стояла упал человек.

Ууууу! Е-п… — увидев Василису, он поперхнулся, пробормотал: Простите, сударыня. но это было действительно больно.

Сверху посыпался ручеек песка — прямо ему на темечко и за шиворот. Пока он сидел, мы легко его могли рассмотреть: роста он был среднего, лет тридцати: черная кожаная куртка, стянутая в поясе. черные джинсы. и черные ботинки… Армейские ботинки с высокой шнуровкой. Я сразу понял, что след именно их мы видели у подземной реки. Просто они были с буртом и потому казались значительно больше чем размер ноги человека.