Лиза Уэлш - Берлинский фокус

Улла засмеялась, по-прежнему глядя в сторону.

– Я ищу Колю.

– Он может танцевать с тобой когда угодно. – Я скривил губы. – Я начинаю думать, что все немки черствые.

Улла вздохнула и улыбнулась:

– Хорошо, один танец.

Мы вышли на танцпол, Мэй заиграла незнакомый мне немецкий хит, и я никак не мог поймать ритм. Улла двигалась легко и непринужденно. Я старался, как мог, надеясь подкупить хотя бы своей неуклюжестью. Интересно, как танцует Коля, хотя с трудом представляю его с девушкой на танцполе.

Громкая музыка мешала говорить, и я понимал, что после танца Улла сразу уйдет. Я не знал, как ее удержать. Я даже не знал зачем. Заиграла другая песня. Я продолжал двигаться, но Улла остановилась.

– Спасибо за танец, Уильям, – улыбнулась она. – Но мне кажется, с Колей что-то случилось.

– Чепуха, – сказал я, продолжая плясать и надеясь, что на него обрушились перекрытия, или похитила албанская мафия, или он просто провалился в собственную задницу. – Что случится с таким здоровяком.

Улла пожала плечами:

– Иногда он перегибает палку.

Я подумал, что он сидит на стероидах, и отошел, освобождая Улле дорогу. Уходя, она сжала мне руку.

– Не все немки черствые, Уильям, особенно одинокие. Никси тебя искала.

– Спасибо, Улла, – кивнул я и отвернулся, чтобы скрыть досаду. Пол заходил ходуном. Я пробежал глазами по комнате, надеясь найти Сильви. Она исчезла, и неудивительно. Наверняка уединилась с каким-нибудь красавцем. Внезапно меня осенило, и я в панике бросился за Уллой, распихивая недовольные пары. Я увидел перед собой подпрыгивающий каштановый хвост и придержал ее за локоть.

– По-моему, я оставил в офисе бумажник. Если Коля там, я отправлю его к тебе.

– Nein… danke, – нетерпеливо и решительно сказала Улла.

Она развернулась и пошла дальше. Я бежал за ней, не зная, как ее остановить, и надеясь, что моя догадка не подтвердится. Мы подошли к двери почти одновременно.

Я взялся за ручку:

– Позволь мне.

Улла оттолкнула меня, вошла в комнату и включила свет.

Коля будто сошел с советского плаката, пропагандирующего здоровую коммунистическую идеологию. Юный пионер с красным галстуком. Он молча стоял посреди комнаты, как статуя, выпятив грудь и опустив по ивам сильные руки. Правда, на агитплакатах нарисованные лица выражают радость от причастности к строительству социалистической нирваны. Коля же блаженно смотрел в маленькое зеркало, висевшее на стене среди фотографий Рэя. Он перевел стеклянные глаза на нас и слегка улыбнулся, отталкивая причину своего блаженства на пол.

Сильви посмотрела на нас снизу вверх. В глазах пустота. Блуждающая улыбка. Коля начал застегивать молнию; его губы сжались.

– А, Уильям, Улла… Сдаем рождения… – Сильви вытерла губы. – Хотите повеселиться с нами?

Улла с шипением бросилась на соперницу и повалила на пол. Сильви издала странный звук, что-то среднее между смешком и стоном. Коля проворно отступил в сторону, а я бросился в драку. Когда я разнял их, по моей щеке текла кровь, а Улла сжимала в кулаке клок блестящих волос Сильви. Я толкнул бьющуюся Уллу ее парню, и он обнял ее за плечи, продолжая улыбаться. То ли он под кайфом, то ли ему просто нравится, когда женщины за него дерутся. Я взглянул на искаженное лицо Уллы и почувствовал ее унижение.

– Она же совсем пьяная, разве не видишь? – мягко сказал я.

Улла посмотрела на меня:

– Ты знал, что здесь происходит. Пытался ее прикрыть. Шлюха. – Ее лицо скривилось от боли, слова были полны горечи. – Ты хотел меня и подослал ее к Коле.

Нет… клянусь… я не знал…

От ее обвинений я стал заикаться.

Сильви все так же сидела на полу.

– Уильям? – смущенно позвала она.

Улла плюнула на нее.

– Она под любого пса ляжет, стоит ему понюхать.

Я посмотрел на Уллу, не понимая, что в ней нашел.

– Да она пьяна в стельку. – Сильви разглядывала блестящий белый плевок на черном платье, словно гадая, откуда же он взялся, и я понял, что говорю чистую правду. – Твой милый атлет, случайно, не страдает некрофилией? Посмотри на нее, она с трудом двигается.

– Ты омерзителен, – сказала Улла.

– Не омерзительнее твоего долбаного дружка. Насильник гребаный.

Коля заговорил. Неуверенно, похоже использовав все слова, что знал по-английски, он выдал:

– Это ничто. Это ничего не значит, как выпить или покурить.

Улла попыталась меня остановить, но не успела, да и не смогла бы. Я оттолкнул ее левой рукой и правой заехал прямо по центру его хрупкого красивого лица. Может, мой агент прав насчет геройства качков из спортзала. Я застал акробата врасплох. Он пошатнулся и упал на стол Рэя, разметав ворох бумаг. Сильви хлопала глазами, глядя, как бумаги планируют на пол вокруг нее.