Бернар Вербер - Зеркало Кассандры

Кассандра пытается броситься на него, но ее движения слишком вялы и медлительны. Она пытается его укусить. Он отступает. Она пытается оцарапать его ногтями, он отступает еще дальше.

Она снова ложится на постели. Он гладит ее черные волнистые волосы.

— Я с радостью вижу, что у тебя остается еще немного сил. Ладно, я дам тебе время поменять полярность. Быть может, завтра твой мозг начнет угадывать результаты скачек до их объявления. Ты увидишь, как лошади бегут по веткам Дерева Времени, и поймешь, которые из них придут первыми. Ты мне об этом скажешь, и все будет хорошо.

Кассандра смотрит на часы и видит «34 %».

Средняя цифра, не смертельная. Но и не внушающая уверенности. Просто все идет не слишком хорошо, но это не страшно. Это из-за моего замедленного пульса.

Кассандра пытается улыбнуться.

Во все времена предсказателей просили… увидеть что-то малоинтересное. Просили узнать исход будущей войны, развязку любовной истории, выигрышные числа лото, медицинский диагноз, а он спрашивает меня…

Она сдерживает тихий смешок, потом с трудом произносит:

— …о результатах лошадиных скачек. Это… просто… смешно.

Она опять откидывается на постель и говорит с закрытыми глазами:

— Если бы вы знали, о чем я думала эти три дня…

Она умолкает на секунду, потом продолжает:

— …для полноты картины мне остается узнать, какие изменения родители привнесли в мой мозг. Это последняя недостающая деталь головоломки. Моя жизнь с рождения и до тринадцати лет. Сообщите мне интересующую меня информацию… иначе…

Она запинается на середине фразы и закрывает рот. Филипп Пападакис берет пульт дистанционного управления.

— Этого я и боялся, условия опыта недостаточно жесткие.

Директор школы усиливает звук телевизора до тех пор, пока он не становится оглушительным. Кассандра корчит гримасу и закрывает уши руками.

— Так вам будет проще сосредоточиться на лошадиных скачках, — спокойно говорит он. — Вы преодолеете болевой порог, и вам придется принять мое предложение. Вот увидите, бега — это действительно захватыва…

Не доведя до конца фразу, он широко открывает глаза, на секунду застывает и резко падает вперед.

Что ж это за жизнь такая, все пытаются отравить мне существование.

Что-то спасает меня в последний момент от смерти для того, чтобы подвергнуть новым испытаниям.

Я устала.

Я хочу просто отдохнуть и ни с кем больше не спорить.

Я хочу, чтобы от меня ничего не требовали.

Чтобы жизнь продолжалась без меня.

Остановите Землю, я хочу сойти.

Я хочу прервать связь с остальными людьми. Для моей чувствительной натуры они слишком возбужденные и нервные.

Их занятия мне кажутся несерьезными. Они совершают какие-то поступки лишь для того, чтобы притупить свой страх. Никаких достойных целей у них нет.

Успех для них — это деньги, власть над людьми, животными и предметами. Они стремятся к привилегиям и почестям. Они хотят обладать машинами с кнопками, на которые смогут нажимать.

Они накапливают ненужное им добро только для того, чтобы стать богаче остальных.

А что, если бросить их?

А что, если оставить их подыхать, как они того заслуживают?

Я хочу спать.

Спать — вот что самое приятное в жизни. Во сне я встречаюсь с Кассандрой, с предками, с кармой, с интересными людьми, которыми я была когда-то.

Во сне я нахожу мир, из которого вышла.

Спать. Да, долго спать.

Ее трясут за плечо.

— Вставай, не время отдыхать! Надо бежать отсюда.

Нет, я лучше буду спать. Я так ослабела. Спать так хорошо.

— Нет, Царевна, открывай глаза! Просыпайся.

Спать.

— Я твой друг. Это я. Маркиз.

Надо же, Ким. Что он здесь делает? Нет, ты не друг. Ты — приятель. Приятель, человек, тебе приятный, слово происходит от древнеиндийского «priyas», что означает «милый, дорогой». Приятелю приятно разделить с тобой кусок хлеба. Надо в Искуплении хлеб печь. Когда вернусь, предложу. Раз уж они живут там первобытной общиной, то надо и печку для хлеба сложить. И у нас каждый день будет свежая еда. А когда-нибудь, может быть, и сладкие пирожки испечем. Да, разделим хлеб и пирожки. С приятными приятелями.

Кассандра чувствует, как кто-то тянет ее за руку, заставляет встать, дает пощечину.

— Пойдем, Царевна. Просыпайся.

Нет, дайте мне поспать, я не хочу спасать мир, я хочу просто отдохнуть.