Весь свет

Вот краткое описание лишь одного из «шедевров» архитектуры, где гестаповцы последней в мире колониальной империи «промывали мозги» свободомыслящим португальцам:

«Здесь по стенам струится вода. Входящего сразу бьет озноб. Сюда десятилетиями не попадало не только солнце, но даже теплый воздух. Лабиринт за лабиринтом мы спускаемся все ниже и ниже. Свет фонаря выхватывает из мрака последние прощальные надписи на стенах, автопортреты людей, которые, возможно, так и не вышли из каменных гробниц. Мы минуем тесные — два шага на полтора — карцеры, где людей держали месяцами в полном мраке, без свежего воздуха, не позволяя выносить парашу. Затем попадаем в каменные, с водой по щиколотку, настоящие подземные ангары, куда после стачек или массовых демонстраций бросали сотни бунтарей... Марш за маршем, едва улавливая свет фонаря впереди, спускаемся по скользкой лестнице. 22 ступени. Маленькая площадка. И снова спуск. Еще 22 ступени. На глубине 35 метров — вода...

Каменный мешок, заполненный океанской водой, хранит во мраке жуткие человеческие трагедии. В 1936 году сюда бросили тех, кто сражался на стороне республиканской Испании. Людей держали по многу дней в сплошной тьме, в ледяной воде, подступавшей к горлу. Кто не выдерживал — тонул. Оставшиеся в живых уже не существовали как личности. В 1962 году сюда поместили бастовавших шахтеров Алжуштрела...»

Таковы «достопримечательности» и краткая история крепости-тюрьмы Кашиас, о которой пишет в своих путевых заметках корреспондент «Комсомольской правды» Павел Михалев.

Труден был путь к победе, к торжеству справедливости, к свободе. И все же ни муки, ни жертвы и страдания не убили в людях Надежду. Она звала на борьбу рабочих и крестьян, среди которых была и Катарина Эуфемия из Алентежо. Она стала жертвой агентов ПИДЕ, португальских гестаповцев. Именем отважной крестьянки ныне названа одна из площадей в городе Грандулы. Вера в торжество справедливости побуждала португальских студентов вставать в ряды демонстрантов. Был среди них и Рибейро Сатос, студент Лиссабонского института экономических наук. Его имя, как и многих других его сверстников-антифашистов, тоже в списке погибших от рук «блюстителей порядка». Несмотря на разгул португальской реакции, надежда на светлое будущее вдохновляла на борьбу и прогрессивную творческую интеллигенцию.

Творчество ее явилось составной частью общей борьбы с ненавистным антинародным режимом.

И пожалуй, глубоко символично, что сигналом к свержению фашизма послужила песня «Грандула — черный городок», ставшая сегодня символом португальской революции. Она прозвучала 25 апреля 1974 года в программе радиостанции «Возрождение». («Грандула — черный городок, черный от солнца и голода, земля братства, где наводит порядок народ...»)

Долгожданное время наступило! Народ Португалии сверг ненавистный режим. Но впереди еще много трудностей. Трудностей, связанных с мирным строительством, с обузданием контрреволюционных сил, с переоценкой ценностей, с борьбой за демократию и коренные социальные преобразования.

«Победа будет за нами» — так говорят коммунисты Португалии и ее бывших колоний, представители демократических сил этих стран. Так считает и прогрессивная творческая интеллигенция бывшей колониальной империи, которая в трудные годы реакции к штыку приравняла свое перо, а ныне поставила свое искусство на службу делу борьбы трудового народа.

Скрытая жатва

колосьев из золота

становится хлебом

голодного голоса.

Песнь поэта,

цветок подполья,

прорастает

подземным ходом.

Песнь поэта

врубается в шахты

к друзьям шахтерам

в подземное марево.

И ты, свобода, —

скрытая жатва,

врубаешься в землю

навстречу завтра.

Куйте наручники,

цепи крепите,

бичи крутите,

штыки точите.

Скоро уж ждите вашего дня.

Больше огня! Больше огня!

Выше костер! Разжигайте! Жгите!

Сами в этом огне сгорите!

В зеленом голоде всходов красных

ты, улыбаясь, игла Катарина.

В зеленом голоде всходов красных —