Ирина Солодченко - НЕЕСТЕСТВЕННЫЙ ОТБОР

…Сын пошел к друзьям… А Олег еще долго сидел на полу его комнаты и слушал старые виниловые пластинки. В конце-концов решил, что пусть будет как будет. Пусть сынишка выбирает свою дорогу и набивает свои собственные шишки. Языки – тоже неплохо. А что до эмиграции… Поживем-увидим.

Одно его утешало. Юрист из Игорька – никакой, а тратить время и огромные средства на то, чтобы понять это в судах – в тысячу раз хуже. Там счет пойдет на чужие судьбы…

7.

Почти все коллеги сторонились Смидовича, и причиной было не только его стычка с главврачом. Сам факт нарушения патологоанатомом правила взаимовыручки имел неприятный привкус – сегодня дело замяли, а завтра, не приведи Господи, дойдет до суда. Андрей Шевчук относился к тем, кто хоть и здоровался с опальным коллегой, но вполголоса и на бегу. Чувствовал себя при этом так мерзко, как никогда в жизни… Собственно, тот инцидент произошел из-за его неопытности… На первый взгляд корить себя было не за что. Именно главврач распорядилась той ночью подождать до утра… И возможно, как опытный медик она была права… Но чем больше он размышлял над ситуацией, тем больше ужасался. Почему он тогда не проявил себя? Почему не сказал твердо: «Я могу. Давайте попробуем»? Впрочем, не все так просто… Если бы пациентка умерла на операционном столе, то история эта была бы совсем другой…

Вместе с тем мысли разъедали его мозг…. Страдания привели к бессоннице, а с наступлением ночи он боялся выходить на двор – везде ему мерещилась женщина с бордово-пепельными волосами… Она рассказывала о своей жизни, о том, как любила и как ее любили, как она хотела жить, а он, проклятый недоучка, так преждевременно оборвал ее жизнь… В конце концов, постоянные недосыпания привели к тому, что во время ассистирования он получил от Кирпы доброго пинка и порцию отборного мата.

А тут еще одно событие… Как-то в понедельник он сидел в ординаторской и изучал истории болезней. Вдруг в комнату неслышно проскользнула Татьяна Кирилловна, милая пятидесятилетняя женщина, высококвалифицированная медсестра, которая проработала в операционной почти двадцать лет. Надо сказать, что операционная медсестра – самая неблагодарная среди медицинского персонала должность. Если палатным сестрам хоть кто-то сунет в карман пятерку или десятку, то под нож люди попадают голые и босые, а часто и в бессознательном состоянии. Поэтому подработка операционной сестры находится в прямой зависимости от доброй воли хирурга… Кроме того, не только на ассистентах операторы выливают свои эмоции… Работа операционных сестер считается более престижной только по причине их непосредственного общения с элитой медицины в критические моменты. А это сближает людей…

…Сначала он не обратил на Татьяну Кирилловну никакого внимания. Но когда услышал слабые всхлипы, быстро осмотрелся. Женщина плакала возле окна, в руках ее была скомканная местная газета… Вгорячах Андрей вскочил, но решив, что это может быть что-то личное, снова уселся. Тем не менее, не реагировать на состояние плачущей женщины было бы некорректно. Тогда он подошел к ней и осторожно спросил, не может ли чем-то помочь… Реакция Татьяны Кирилловны была неожиданной… Она медленно повернулась к нему своим добрым продолговатым лицом и взорвалась: «Не могу уже! Уйду к чертовой матери! И зачем мне все это нужно?».

Постепенно выяснилось, что доставать ее начали еще позавчера, когда соседка бросила прямо в глаза: „Что ты прибедняешься? Берете деньги за каждый укол, а ты все бедной прикидываешься…”. А в воскресенье поехала в город… Отвезла туда сумку с овощами, а то зять зарабатывает мало, а дочка – в декретном отпуске. По дороге завернула на базар за всякими мелочами по хозяйству и набегала полную сумку. На шоссе пришлось еще с полчаса ждать задрыпанного сельского автобуса. Только поставила свою большую сумку на подножку, как дверца начала закрываться, и руки оказались между створками. Ужасный вопль вырвался из ее груди… Только не руки! Это же ее рабочий „инструмент”! А водитель уже начал ехать… Неужели в зеркало ничего не видел? Когда люди закричали, то он остановился, а потом всю дорогу проклинал дурных баб, что они ему уже поперек горла стоят: за багаж не платят, а своими торбами занимают в салоне такую же площадь, что и человек. Когда Татьяна Кирилловна вышла с автобуса, то сразу и узнала своего обидчика… Полгода назад они с Кирпой его с того света вытащили. Очень сложная была операция – заворот кишок… И таких историй на ее памяти не перечесть… Потому что операционных сестер у лицо никто не знает, а они помнят всех… А вот и последняя капля… И женщина, еле сдерживая рыдания, протянула помятую газету „Преснянская правда”. Андрей присел на диван и начал читать. Это было письмо какой-то Тамары Б. из села Коржовка, в котором она жаловалась на пропажу обручального кольца во время операции в районной больнице.