Ник Хорнби - Долгое падение

— А ты? — спросила я Джей-Джея. — Что бы ты сказал Космическому Тони?

— А вот не знаю. Может, захотел бы вернуться на пятнадцать лет назад. Закончить школу. Забыть о музыке. Стать человеком, которому для счастья не обязательно становиться тем, кем он хочет стать, которому для счастья достаточно быть самим собой, понимаешь?

— Космический Тони не может так сложить обстоятельства.

Вот именно.

— Получается, тебе хуже, чем мне. Космический Тони может помочь мне, а тебе не может.

— Нет. Черт, нет. Прости, Морин. Я не имел этого виду. У тебя… У тебя очень тяжелая жизнь, и во всех твоих бедах нет ни капли твоей вины, а все случившееся со мной — это лишь следствие моей глупости, а еще… Тут и сравнивать нечего. Серьезно. Зря я вообще заговорил об этом.

Не зря. Мне было намного приятнее думать о Космическом Тони, чем о Боге.

Заголовок в газете — на первой полосе, и с той фотографией, где я лежу на земле у ночного клуба, — гласил: «ХОЧЕШЬ УВИДЕТЬ АНГЕЛА — СПРОСИ У ШАРПА КАК». В статье упор делался не на красоту и загадочность произошедшего на крыше, как нам обещали. Линда решила взглянуть на это под другим углом, сосредоточившись на внезапном и весьма забавном помешательстве бывшего телеведущего. Моя журналистская сущность подозревает, что она, в общем, все сделала верно.

— Как это понимать? — спросила меня Джесс по телефону на следующее утро.

— Это из рекламы препаратов для похудания, — объяснил я. — «Хочешь похудеть — спроси у меня как».

— А какое отношение ко всему этому имеют препараты для похудания?

— Никакого. Просто фраза известная. И Линда ее переделала.

— Не важно. С какой стати там говорится только о тебе? О нас почти ни хрена нет.

Тем утром было много телефонных звонков. Тео позвонил и сказал, что статья вызвала интерес, что теперь ему наконец есть с чем работать — главное, чтобы я не переставал делиться с общественностью своими интимными духовными переживаниями. Пенни хотела встретиться и поговорить. А еще звонили мои дочки.

Синди не позволяла мне говорить с ними уже не одну неделю, но материнский инстинкт подсказал ей, что девочкам самое время поговорить с папой, коль скоро он на всю страну рассказывает о своем общении с посланниками Господа Бога.

— Папа, ты правда видел ангела?

— Нет.

— А мама сказала, видел.

— Но это не так.

— А почему мама так сказала?

— Спроси у нее.

— Мама, почему ты сказала, что папа видел ангела?

Я терпеливо ждал, пока закончится короткий разговор на том конце провода.

— Она говорит, что она такого не говорила. Говорит, что так говорят в газетах.

— Я это придумал, моя милая. Чтобы заработать немного денег.

— А…

— Чтобы я смог купить тебе хороший подарок на день рождения.

— А… Почему тебе дают деньги за то, что ты говоришь, что видел ангела?

— В другой раз объясню.

— А…

Потом я говорил с Синди, но недолго.

А еще позвонил мой шеф с кабельного. Он звонил сообщить мне, что я уволен.

— Ты шутишь.

— К сожалению, нет, Шарпи. Но ты не оставил мне выбора.

— А что я такого сделал?

— Ты видел статью?

— Тебя это беспокоит?

— Честно говоря, если судить по ней, то ты смахиваешь на психа.

— Зато многие узнали про канал. Об этом ты не подумал?

— Это плохая известность, по-моему.

— А тебе кажется, будто к твоему каналу применительно выражение «плохая известность»?

— Что ты имеешь в виду?

— Никто понятия не имеет, кто мы такие. Кто ты такой.

Последовала долгая, очень долгая пауза, во время которой я практически слышал, как скрипят шестеренки в голове у Деклана.

— А, понятно. Хитро придумал. Мне как-то не приходило в голову.

— Я не собираюсь ни о чем умолять тебя, Дек. Это уже будет извращение. Ты берешь меня на работу, когда я никому не нужен. А потом увольняешь меня, когда я на коне. Кто еще из твоих ведущих оказался сегодня на первых полосах?

— Нет-нет. Логично, логично. Теперь я понимаю, о чем ты. Если я правильно тебя понял, ты хочешь сказать, что выражение «плохая известность» неприменимо к… еще не раскрученному каналу.

— У меня, конечно, вряд ли бы получилось так изящно выразиться, но да. В общем и целом так.

— Ладно. Ты меня переубедил, Шарли. Кто у нас сегодня будет в гостях?

— Сегодня?

— Да. Сегодня же четверг.

— А…

— Ты забыл?

— В каком-то смысле, в общем, да.

— То есть гостей у нас на сегодня нет?

— Думаю, я могу пригласить Джей-Джея, Морин и Джесс.