Ник Хорнби - Долгое падение

— Морин, — медленно и терпеливо разъясняла ей Джесс, словно Морин противилась по глупости, а не из беспокойства за свою бессмертную душу. — Это все ради пяти тысяч фунтов.

Редакция заплатила приюту, чтобы за Мэтти присмотрели, пока Морин дает интервью, так что мы все смогли встретиться с Линдой в кафе, в котором мы завтракали утром первого января. Нас фотографировали — большей частью внутри, всех вместе, а потом еще сделали пару снимков на улице, где мы стояли, указывая в небо и раскрыв рот от удивления. В итоге, уличные фотографии в статью так и не попали — наверное, потому что некоторые переигрывали, а другие даже не собирались ничего изображать. После этой фотосессии Линда начала задавать нам вопросы.

Ей нужен был Мартин — он был самым лакомым кусочком. Если бы она смогла заставить Мартина Шарпа сказать, что от самоубийства его удержал ангел, — иными словами, если бы Мартин официально заявил: «Да, я свихнулся» — у нее была бы история, достойная первой полосы. Мартин это тоже понимал и вел себя как герой, или почти как герой — насколько это возможно для телеведущего с сомнительной репутацией, поступки которого никогда настоящим героизмом не отличались. Мартин, рассказывающий Линде про ангела, напомнил мне одного литературного персонажа, который отправился на гильотину, спасая жизнь друга: у него был вид человека, который согласен лишиться головы ради большего блага. Правда, тот парень открыл в себе внутреннее благородство и поэтому выглядел одухотворенным человеком, а Мартин выглядел всего лишь чертовски разозленным человеком.

Поначалу говорила только Джесс, но потом Линда, устав от нее, стала задавать вопросы Мартину напрямую:

— То есть он парил в воздухе… Парил, правильно?

— Парил, — уверила ее Джесс. — Как я и говорила, скачала слишком высоко. Не рассчитал, наверное, — не каждый же день он людям является. А потом спустился.

Мартин вздрогнул, словно нежелание ангела вставать ногами на землю делало этот разговор еще более неудобным для него.

— Когда перед тобой парил ангел, о чем ты думал, Мартин?

— Думал? — переспросил он.

— Мыслей у нас тогда было не очень много, — встряла Джесс. — Мы были в шоке.

— Да, точно, — согласился Мартин.

— Но хотя бы какие-то мысли у тебя должны были быть, — не отступилась Линда. — Пусть даже из серии «Черт, вот было бы неплохо затащить его на наше с Пенни шоу».

Она даже ободряюще хихикнула.

— Понимаете ли, — начал Мартин, — я уже довольно давно не веду шоу и не стоит это забывать. Так что просить его прийти туда — затея бессмысленная.

— Но у тебя же есть шоу на кабельном.

— Да.

— Так, может, стоило пригласить его туда?

Она снова ободряюще хихикнула.

— Там в основном гости из мира шоу-бизнеса. Юмористы, известные актеры из мыльных опер… Скандально известные спортсмены.

— Ты хочешь сказать, что не стал бы приглашать его на шоу?

Уцепившись за эту нить разговора, Линда очень не хотела ее упускать.

— Не знаю.

— Не знаешь? — ухмыльнулась она. — Ведь у тебя не самое популярное шоу в стране, ведь так? И не то чтобы куча людей набрасывалась на тебя с просьбой пригласить их на шоу.

— Наше шоу в порядке.

Я не мог избавиться от ощущения, что она уходит все дальше и дальше от темы. Ангел — возможно, посланец Господа Бога, почему бы и нет? — спустился на крышу лондонской многоэтажки, чтобы не дать нам лишить себя жизни, а ей было интересно, почему его не пригласили на ток-шоу. Ох, не знаю. Пожалуй, об этом уместнее спрашивать уже ближе к концу интервью.

— Что происходит? — не выдержал я. — Ты действительно хочешь написать заметку о том, как ангел Мэтт не стал участником шоу Мартина?

— Вы так его называете? — тут же отреагировала она. — Ангелом Мэттом?

— Обычно мы называем его просто ангелом, — ответила Джесс. — Но…

— Ты не будешь возражать, если Мартин ответит на пару вопросов?

— Ты и так ему уже кучу задала, — возразила Джесс. — А Морин и слова не сказала. И Джей-Джей мало говорил.

— Большинству читателей знаком именно Мартин, — объяснила Линда. — Мартин, вы его именно так называете?

— Просто ангелом, — ответил Мартин.

Сейчас он выглядел повеселее, чем в новогоднюю ночь.

— Позволь, я кое-что уточню, — сказала Линда. — Мартин, ты видел ангела?

Мартин заерзал. Было видно, как он еще раз прокручивает все в голове, просто чтобы убедиться, что путей к отступлению нет, что он действительно ничего не проглядел.