Маргарет Махи - Пространство памяти

До этой минуты Джонни не связывал появление Нева за своим столом с разговором с барменом. Ему казалось, Нев принадлежит к совсем иной жизни. Он невольно оглянулся и заметил, что бармен наблюдает за ними.

Бывало, Джонни чувствовал, что становится опасным для окружающих: зубы сжимались, глаза округлялись, как у хищной птицы, уголки рта опускались. В такие минуты он легко, с наслаждением впадал в ярость; отбросив все колебания и сомнения, он позволял гневу полностью овладеть собой. «Выглядишь ты в такие минуты ужасно — словно демон какой-то», — сказала ему как-то одна девушка. Но Джонни не хотелось, чтобы Нев увидел его сейчас таким, а потому он опустил глаза, небрежно застегнул, а потом снова расстегнул верхнюю пуговицу на блейзере.

— Барри мне сказал, что ты его спрашивал... — говорил меж тем Нев. — Барри — это бармен, мы с ним старые друзья. Я иногда оказываю ему разные услуги, могу и тебе кое в чем помочь, только прошу тебя, Цыпка, не умничай.

Джонни понял, что Нев не заметил, как ярость ослепила его на миг, и, подняв глаза, поглядел на него в упор. Видно, что-то в его глазах все же было, потому что Нев смолк, а потом медленно повторил:

— Барри сказал, что ты его спрашивал.

— Я просто поинтересовался, — произнес Джонни скучающим тоном. — У моей тетки была такая же модель.

— Значит, тебе он не нужен? — спросил Нев. — Может, я точно такой же достать не смогу, но...

— А этот ты где взял?

Джонни намеревался задать этот вопрос небрежно, но в нем явно прозвучало презрение. Бегающий взгляд Нева замер — и на миг коснулся Джонни, словно холодная сталь.

— Дал один человек, которому я оказал услугу, — сказал он и оглянулся на столик, за которым сидели двое парней.

Один из них встретился глазами с Невом и тут же отвел взгляд, но второй, долговязый, глядел не мигая. Нев не отступался.

— Барри говорит, ты интересовался, где он этот транзистор достал. Так... А тебе что до этого за дело? Давай! Рассказывай! Может, я тебе еще пригожусь.

Джонни встал.

— Ты никому пригодиться не можешь, — сказал он. — Что ж, приятно было тебя повидать. Ходи, не падай.

Неву явно не хотелось его отпускать.

— Подожди минутку... — сказал он. — Твоя сестра... как ее звали?..

Он замолчал.

— Дженин, — ответил Джонни.

— Да, Дженин, верно! Она ведь себя ликвидировала, да? Кто же теперь за тобой приглядывает?

— Ничего, обхожусь, — сказал Джонни, засовывая руки в карманы. Его пальцы сомкнулись вокруг чего-то холодного, металлического. Это был ключ от дома Софи. — День прошел, и ладно.

Он говорил, не глядя на своего старого врага, словно вслушивался в себя. Для Нева уже это одно было оскорблением; разве в его присутствии можно думать о чем-то еще?

— Я тоже, — только и нашелся Нев. — Живу со дня на день, и все.

— Только-то? — спросил Джонни.

Сделал отбивочку одной ступней, потом другой, перебор и закончил «боллстепом».

— Эта штука называется «отвальная». Ты когда-нибудь слышал про такую?

Ноги Джонни в обычной обуви без металлических набоек двигались беззвучно, хотя в ушах гремела дробь каблуков, но Нев, конечно, понял, что Джонни над ним издевается.

— Слушай, Цыпа... Ты поосторожней... — начал он, тряся головой.

Но Джонни его перебил.

— Я бы на твоем месте выкачал из Колвилла все что можно, — сказал он. — Давай торопись, а то потом поздно будет.

И, так и не взглянув на Нева, пошел к двери, чувствуя, как его провожают глазами.

Стоя на углу, прислушиваясь к агрессивному вою несущихся справа машин, он глянул налево и увидел, что возле бакалеи стоит белый фургон, тот самый, который он заметил, когда танцевал у ворот своей старой школы.

Джонни уже понял, что вернется к Софи, только на этот раз его возвращение не будет неопределенным, случайным, скорее похожим на неудавшийся уход. Он сделает это осознанно, продуманно — и на этот раз не уйдет, пока все как-то не наладит. Он искал Бонни, но взамен нашел Софи и за последние два дня почему-то — вопреки собственному желанию и воле — принял на себя ответственность за нее. И пока ответственность на нем, он не может взять и просто уйти, оставив Софи копошиться в собственной грязи, не может допустить, чтобы она стала жертвой тех самых бандитов, которые когда-то издевались над ним. Нет, он должен найти доказательства, что кто-то пользуется ее слабостью, тогда он обратится к властям, чтобы ее взяли под защиту. Джонни вынул бумажник и со вздохом пересчитал деньги. Наконец решительно перешел улицу, зашел на почту и позвонил матери. Телефон звонил, звонил... Никто не отвечал.