Алекс Дубас - Моменты счастья

Красота наполняет меня до краев и переливается вовне…

Я отчетливо ощущаю высказанную внутренним голосом мысль: «Теперь уже не важно, что сейчас все взорвется к чертям! Я видела это! Я больше ничего не боюсь!»

Я просыпаюсь с ощущением абсолютного счастья.

Лето 2007 года… Я с друзьями ночевала в степи… Ощущения неописуемые!.. Над тобой низко-низко висит безумно красивое звездное небо. Оно свисает так близко, что, кажется, рукой можно сорвать звезду… И этот бесконечно красивый Млечный Путь над головой… А вокруг меня разнотравье колосится, шумит, обдает ароматом цветов, шуршанием колосков… И это на фоне стрекотания, повизгивания, щебетания, сопения-шипения всяческих непонятно где приютившихся стрекоз, цикад, бабочек, жучков, паучков и другой мелкой живности… Моя душа пела гимн прекрасной Вселенной и себе, что существую в этой красоте!

Конец весны, 2008 год. Я сижу в аэропорту Атланты в ожидании рейса, рассматриваю чернокожую женщину в розовой шляпе, изливающую эмоции в телефон. Позади два перелета, впереди – два часа до нашей встречи…

Мы не виделись целый год. Кажется, что за этот год была прожита отдельная жизнь. И сейчас я испытываю чувство победы над непреодолимым испытанием.

…Я сажусь в самолет, не в силах успокоить волнение. Не могу поверить, что всего через час наступит момент, каждая минута ожидания которого была сравнима с мучительной вечностью. Слышу стук своего сердца.

…Приземляемся в одиннадцать вечера. За окном темно, и видно огни маленького южного города. Выхожу из самолета в сонный немноголюдный аэропорт. Чувствую, как с каждым шагом усиливается волнение. Вот и зал ожидания. Ищу его среди встречающих. Вот группа молодых людей с шариками, какая-то пожилая пара… Он стоит немного в стороне и тоже ищет меня взглядом… Как же он повзрослел… Я подхожу, и пару секунд мы стоим в шаге друг от друга, не в силах сказать ни слова. Две долгие секунды, а потом волна эмоций, объятия и слезы. Счастье от встречи после долгого расставания не передать никакими словами.

Апрель 2007 года. «I walked across an empty land…» – «Клевые они, эти ребята из группы Keane. Только вокалист какой-то странный». – «Ага. Похож на хомячка». – Мы смеемся, потом ты серьезнеешь, смотришь на меня очень пристально и говоришь: «Слушай, ну где ты все это время была? Мы ведь росли вместе, в одной стране, может, даже одними улицами ходили, отчего так?» – «Случилось то, что должно было случиться. Мы все равно встретились. Рано или поздно». Мы идем по таллинским улочкам, держимся за руки, вдруг ты тащишь меня к цветочному ларьку, а я стою и гадаю, какие же цветы ты выберешь… Бинго! Ты подходишь ко мне с желтыми тюльпанами. Я свечусь счастьем, мы идем по улицам старого города, заходим в какие-то кабаки, пьем порто и придумываем нашу старость… «Когда нам исполнится по восемьдесят, нам не о чем будет больше говорить, я буду немой хозяйкой винного кабака, а ты тайком от меня будешь лазить в погребок таскать вино…» – «Я к тому времени буду уже глухой и толстый…» – «А я буду бегать к соседу, пока ты будешь в погребе…» – Мы смеемся, целуемся на виду у всех, а в голове нарезает свои круги «Somewhere only we know». Через пару часов тебе на поезд, мне на автобус. Желтые тюльпаны я «забуду» в бутылке с водой в отеле. Потом, в автобусе, буду ехать, нет – буду лететь и млеть от счастья. Мне от тебя тогда ничего не нужно, кроме того, что ты мне давал. Не было даже надежды на будущее. На совместное будущее. Неделю спустя я куплю себе джинсы, на которых на заднице вышиты огромные крылья. Я пойду в магазин по улице, а в наушниках у меня будет: «When, when you’ll forget your name…»

Детство. Деревня. Зима, метель, порванные провода соединяют недели две. Отопление печное, вся семья: мама, папа, брат и я – в одной комнате рядом с печкой. В печке горит огонь, на столе керосиновая лампа (даже треск и запах помню). Читаем «Руслана и Людмилу».

Мне пять лет. Я жду отца. Уже десять месяцев он в экспедиции в Атлантике. Он работает в какой-то непонятной, но важной Службе космических исследований АН СССР. Мы с мамой и братом каждый вечер садимся писать ему письма. Вернее, они пишут письма, а я их рисую. В ответ тоже приходят письма, сразу несколько или иногда короткие телеграммы.

Сегодня майский солнечный день. Я в саду. Детском саду. Только закончился «тихий час». На детскую площадку заходит папа. Весь в белом. От него исходит яркий свет. Загоревший, с бородой, счастливый. Ждет. Я не сразу узнаю его. Никто не узнает. Это секунды, когда ты не веришь своим глазам.