Дочь Шидзуко

Что происходит с человеком, когда он задыхается? Что ты чувствовала, мама, в свой последний час? Тебе было больно? Наверное, больнее, чем было мне. Намного больнее. Я помню запах газа и тебя, лежащую на полу без дыхания. Позже отец сказал, что ты не мучилась, что тебе не было больно.

Соревнования закончились около половины второго. Пока подсчитывали окончательные результаты, объявили обеденный перерыв. Девочки из команды Юки стали искать своих родственников, а она поспешила к фонтанчику с питьевой водой — чтобы ее не успели пригласить присоединиться на обед к чьей-нибудь семье: ведь все знали, что мать Юки умерла и никто из ее родных на соревнования не пришел.

Юки даже не захватила с собой завтрак. Утром, когда она спустилась на кухню выпить стакан апельсинового сока, мачеха только молча посмотрела на нее. «У меня сегодня соревнования, — сообщила ей Юки. — Я вернусь после обеда, не поздно». Мачеха никак не отреагировала, и Юки поспешно добавила: «Я не буду брать с собой завтрак. На соревнованиях я не могу есть. Когда бегаешь, от еды только тошнит». Выпив сок, она выскочила из кухни. Мачеха не произнесла ни слова. Последний их диалог состоялся больше года назад. «Пожалуйста, не спрашивай меня все время, чем ты можешь мне помочь, — сказала тогда мачеха за обедом, отложив палочки. — Ты сама должна знать, когда чисто, а когда грязно. Если ты сама этого не видишь, бессмысленно тебе объяснять. Прошу тебя только об одном — не мешай мне. И не болтай так много. Раньше я терпела, потому что все только и твердят, какая ты умная. Наверное, умные дети болтают больше, чем не такие умные? Но с меня хватит. Мне это действует на нервы». С этими словами мачеха собрала свои тарелки и, поставив их в раковину, вышла. Юки осталась сидеть с отцом, который молча продолжал есть, словно ничего не произошло. С тех пор Юки и мачеха почти не разговаривали друг с другом.

Ее подруги по команде поднимались по трибунам к своим матерям, которые махали им руками радостно восклицали: «А, вот и ты! Смотри-ка, что я тебе принесла на ланч. Иди быстрее и садись сюда! А Юки бежала, считая свои шаги — раз-два, раз-два, повторяя про себя: «Все хорошо, я в порядке».

У фонтанчика она остановилась и перевела дух. И вдруг... Какая неожиданность: над фонтанчиком склонилась девочка с конским хвостом — та самая. Юки смотрела на ее затылок и белую шею, пока девочка не подняла голову. Обернувшись, она улыбнулась Юки:

— Всегда сталкиваемся здесь, верно?

Смутившись, Юки наклонила лицо над

струей. Вода была на удивление холодной, она глотала ее жадно, почти захлебываясь. Потом повернулась к девочке, которая ждала, пока она напьется.

— Меня зовут Юки, — сказала она, еще не отдышавшись. — Юки Окуда. Я только что бежала километровую дистанцию. — Она не знала, что еще добавить.

— Я знаю, — ответила девочка. — Я видела, ты пришла первой.

— Я тоже видела, как ты пришла первой. Ты намного обогнала всех остальных.

— А я Сачико Мураи. Ты знала, как меня зовут?

— Нет. Но я наблюдала за тобой, — Юки почувствовала, что краснеет.

— А вот я знала твое имя и много слышала о тебе. Я знаю нескольких ребят и девчонок из твоей школы. Они говорят, что ты чуть ли не лучшая бегунья в своей школе, хотя еще в восьмом классе и занимаешься легкой атлетикой всего год. Но не только это. Я знаю, что ты очень способная и что ты староста класса.

Еще, говорят, ты отлупила мальчишку за то, что он насмехался над тобой, мол, у тебя слишком хорошо подвешен язык. Это редкость, когда девочку избирают старостой в школе, где совместное обучение.

Сачико замолчала. Юки не знала, что ответить. Она даже не могла выговорить «да», чтобы не показаться хвастуньей.

— Кстати, — продолжала Сачико, — мои друзья сказали, что восхищаются тобой: у тебя все так здорово получается, несмотря на то... — Сачико запнулась. — Нет, я не должна тебе этого говорить.

— Несмотря на что? — спросила Юки.

— Нет, не скажу.

— А я хочу, чтобы ты сказала!

— Ладно! Несмотря на то, что твоя мама умерла, а твой отец с мачехой никогда не приходят на твои соревнования и на классные собрания и все такое...

Юки на минуту задумалась и с прямотой, неожиданной для себя самой, спросила:

— Тебе меня жалко?

— А ты хочешь, чтобы я тебя жалела? — помедлив, спросила Сачико.

— Нет, — твердо ответила Юки. — Никогда.

— Хорошо, тогда не буду.

Несколько минут они молча шли вместе мимо семей, расположившихся на траве на пикник. Вокруг бегали и смеялись маленькие братья и сестры спортсменок.