Аманда Проуз - История матери

В этот раз родители Джессики и Мэттью впервые встретились с новым приятелем Полли, и, несмотря на то что перед его приходом они грубо подшучивали над его именем и профессией, казалось, все быстро и легко поладили с ним. Топаз недолго работал в качестве строителя на одном проекте в Африке, перестраивая школу и помогая проектировать дома. У Джейка вызвало большую досаду то, что все сидели и слушали, что рассказывает Топаз, а в конце Энтони довольно ловко подвел итог: «Неважно, где или когда, кирпичи есть кирпичи, а стройка есть стройка».

Ужин, как всегда, прошел оживленно, Энтони затеял словесную дуэль с Мэттью, а потом взялся за Джейка:

– Вы, парни, оба огорчаете меня, разве вы не знаете, что под лежачий камень вода не течет!

Роджер поддержал его:

– Правильно! Правильно!

– Я много работаю, папа! Очень много! – воскликнул Мэттью.

– Ерунда. Сидеть за столом не значит много трудиться, сынок. Много работать – значит в любую погоду возить кирпичи и мешать цемент коченеющими от холода руками. Вот по-настоящему тяжелая работа! – Энтони опрокинул рюмку.

– Но теперь ты сидишь за столом, – напомнила Маргарет мужу.

– Только потому, что мне, черт побери, приходится это делать. И я заслужил право сидеть на заднице, я для этого немало потрудился! – Энтони хлопнул рукой по столу.

Охнув, Маргарет закатила глаза, повернувшись к Корал, находившей буйное поведение своих родственников несколько неуместным.

Полли пожаловалась на то, что, как ни досадно, не может похудеть, видимо, с безразличием относясь к тому, что только что дочиста вылизала тарелку, съела две обильные порции курятины в винном соусе и небольшое ведерко мороженого.

– Не стоит беспокоиться о внешности, Полли. Красота – это свет, исходящий изнутри, – высказал свое мнение Топаз.

Такая проницательность вызвала громкий хохот у Энтони, Роджера, Мэттью и Джейка. Топаз смеялся вместе с ними, словно намеренно потакая их предрассудкам.

Мэттью, не стесняясь, отпил из бутылки охлажденного «Шардонне», всегда стоявшей в досягаемости от него. Вино и шутки, сопровождавшие этот вечер, пришлись по нраву всем, не говоря уже о Джессике, которая после родов еще не сделала ни глотка. Она была счастлива так славно провести время, это был тот вечер, о котором она мечтала, когда они только купили этот дом на Мертон-авеню. Однако она чувствовала себя посторонним наблюдателем. Она больше не могла с уверенностью выражать свое мнение или пытаться шутить. Она смотрела на широко открытые рты своих гостей и, как ни странно, испытывала стеснение, хотя сознавала, что это смешно – эти люди понимали и любили ее.

Корал улыбнулась дочери через стол, заметив, что та пытается принять участие в общем веселье и с каким трудом ей это дается. Джессика улыбнулась ей в ответ. Она смотрела, как Маргарет с ее матерью убирают посуду и моют кастрюлю, шепчась и удивленно вскидывая при этом брови. Джессика интуитивно поняла, что они говорят о ней.

Лилли, приведя всех в огромный восторг, заснула крепким сном в детской, укрытая одеялом.

– Пойдем, – перехватив взгляд Джессики, Маргарет кивнула в сторону сада. Обойдя вокруг стола, она взяла невестку за локоть, подталкивая к выходу из кухни.

– Ох, я сказал что-то не то? – громко спросил Энтони, заметив, что жена уходит.

– Ах, Энтони, если бы только ты что-то сказал. Боюсь, что теперь проблема во всем, что ты говоришь!

Мэттью, Джейк, Топаз и Роджер одобрительно заревели. Полли подсела ближе к своему приятелю, радуясь тому, что компания его приняла и он произвел впечатление.

Джессика вышла на улицу вслед за матерью и свекровью, каждая держала в руках кружку горячего кофе, чтобы не замерзнуть прохладным вечером. Они сели на каменную скамейку, которая при свете дня красовалась в их чудесном внутреннем дворике.

– Ей-богу, мне кажется, мы отморозим себе задницы, сидя здесь. Подожди секунду! – Маргарет исчезла внутри и вернулась с толстым пледом, который они набросили на ноги, и двумя большими, не по размеру, утепленными флисовыми толстовками, которые она похитила из прогулочного гардероба Мэттью.

– Какая красота, – сказала Корал, отпивая глоток кофе. – Такой вкусный чай, Джесс. Я объелась.

Маргарет такие подходы были ни к чему. Она, со свойственной ей прямотой, перешла прямо к делу.

– Ну, что ж, Джессика, выкладывай. Рассказывай.

– Что значит «выкладывай»? – засмеялась Джессика, почувствовав, что прямолинейность свекрови одновременно умиляет и бесит ее.