Аманда Проуз - История матери

Дорогие?

Джессика пожала плечами. Она не знала. По сравнению с чем?

– Думаю, мне нужно пойти попудрить носик. – Маргарет вышла из комнаты. Джессика повернулась к матери. – Не думаешь ли ты, что все мы немного расчувствовались, мама?

Корал кивнула.

– Думаю, что да. Джесс, я недостаточно часто тебе говорила о том, что очень горжусь тобой. Мэттью – прекрасная партия, он – профессионал. – Джессика знала, что ее бабушка и дедушка не хотели, чтобы ее мать выходила замуж за разбитного торгаша. – У вас славный дом, чудесная кухня, хорошая машина, и он, безусловно, обожает тебя. – Сказав это, Корал хлопнула в ладоши.

Джессике не хотелось, чтобы ее достижения измерялись тем, чего добился ее муж, то есть машинами и оформлением кухни, но она понимала, что именно так ее родители оценивали успех. Ее раздирали противоречивые чувства.

– Я действительно люблю его, мама. – Это было правдой. – Мы хорошо ладим, и так было всегда. Он терпит меня, а я его смешу, кажется, у нас получается.

Джессика припомнила вечера, которые они весело проводили за бутылкой-другой вина, танцуя на кухне и борясь за лучшее место на диване или прижимаясь друг к другу под мягким одеялом, когда смотрели дрянной фильм.

– Не думаю, чтобы все сильно изменилось после рождения ребенка. Мы собираемся все делать вместе, и я решительно против того, чтобы мы превратились в одну из тех пар, которые не могут прогуляться после шести и заходят в паб, как человечки из настольной игры «Ковбой», нагруженные пакетами, бутылками, игрушками и с кучей нянек на буксире на всякий случай. – Она улыбнулась матери. – Мы намерены сделать так, чтобы этот малыш стал частью нашей жизни, не допуская, чтобы он заполнял ее всю целиком, понимаешь?

– О, я тебя прекрасно понимаю, любовь моя. И все это звучит замечательно, очень разумно…

– Я чувствую, что дальше последует «но», – сложив руки, Джессика положила их на округлившийся живот.

– Но это полная ерунда, – засмеялась Корал. – Стоит тебе разок взглянуть на это маленькое личико, и ты, как все мы, влюбишься в него. Кажется, будто облако любви обволакивает тебя так плотно, что для чего-то другого не остается места. Чего бы и когда бы ни пожелал твой ребенок, это становится самым важным во всем мире. Вот увидишь.

Глядя на мать, Джессика улыбнулась. Она с нетерпением ждала, когда это случится.

– Я должна кое-что показать тебе. – Выдвинув ящик, она вынула из него фотографию в рамке и прижала ее к груди. – Это твой внук или внучка. – Она сияла.

– Вот вы где! – Прерывая их, Полли ворвалась в детскую. – Уф, я не осуждаю тебя за то, что ты спряталась здесь. Я вытерпела столько насмешек, сколько смогла, они мне все уши прожужжали о моем новом поклоннике и подняли меня на смех. Простите меня, миссис Эм.

Корал фыркнула.

Джессика смотрела на подругу, которой явно нравилось, что над ней подтрунивают. Полли и Паз все больше и больше времени проводили вместе, и у них все было замечательно.

– Итак, что ты думаешь об этом снимке? – Джессика быстро показала снимок подруге, а потом вручила его матери.

Полли внимательно изучала снимок, заглядывая через плечо Корал.

– Я ничего не могу здесь разобрать!

Искренность Полли вызвала раздражение у Джессики.

– Что ты говоришь? Конечно, можешь! – Она показала на снимок. – Смотри, здесь ясно видно лицо и животик и даже можно различить носик! – промурлыкала она.

Взяв снимок из рук Корал и поднеся его к носу, Полли присмотрелась к нему.

– Нет. Я вижу только какие-то кляксы. О, подожди минутку… что это? – Она показала пальцем на темную тень.

– Нет. – Джессика вырвала снимок из рук подруги. – Это мой мочевой пузырь.

– О! Я только что хотела сказать, как он похож на тебя!

– Отстань, Полли. – Джессика решила не обращать внимания на подругу. Она лучилась радостью, глядя на очертания своего ребенка. Погладив снимок, она улыбнулась матери, лицо которой разрумянилось от счастья. Она с нетерпением ждала, когда наступит двадцать седьмое июля.

– Как бы то ни было, достаточно! Мы теряем драгоценное время. – Полли захлопала в ладоши. – Я пришла сказать вам, что мы собираемся поиграть в «Самую плохую крестную мать в мире». Каждая из нас должна озвучить правдоподобную причину, объясняющую, почему она не может носить это звание. Думаю, у меня неплохие шансы, поскольку я была под арестом за наркотики и все такое.

– Ох, Полли! – неодобрительно проговорила Корал, надеясь, что их не слышит Маргарет.