- Прошу!
И, кривляясь, ручкой помахал, как бы прощаясь.
Низко нагнувшись, Вадим пронырнул в низкое отверстие.
И здесь тоже не было никаких скелетов и уродов, да и письменных столов не было тоже. А был здесь совершенно обычный коридор, и за ним совершенно обычная дверь...
... - ... одеть же нечего!
Даже спина его выражала крайнюю степень раздражения. Он со злостью дергал плечики с висящей на них одеждой так, что аккуратно распяленные вещи сыпались в недра гардероба.
"О, Господи, только не сейчас!" - мысленно взмолилась она. "Если не хочешь идти - так и скажи, зачем же устраивать этот спектакль?"
Изо всех сил стараясь держать себя в руках, она положила на трельяж косметичку, - все равно руки дрожали и как следует подвести глаза вряд ли удалось бы. Сейчас он обернется и увидит. как у нее трясутся руки! Вот еще не хватало! Она схватила то, что не требовало точности движений - флакон с туалетной водой.
Всегда, когда она нервничала, у нее начисто пропадала способность воспринимать запахи, просто напрочь отключалось обоняние, и сейчас она ощутила это в тысячный раз. Раньше она очень пугалась наступления аносмии(этот термин попался ей в каком-то медицинском журнале), ей казалось, что так может остаться навсегда. А теперь, в семейной жизни, это происходит так часто, что становится чуть ли не нормой, подумалось ей.
- ... Я говорю, мне нечего одеть!
По его голосу она почувствовала, что он сейчас капризно выпятил губу, прямо как обиженный маленький ребенок. Но это нисколько не умиляло, а, наоборот, выглядело до крайности глупо, - в его-то двадцать четыре!
Она знала, что если только глянет ему в лицо - не удержится и наговорит глупых гадостей. И ведь ей уже хотелось выплеснуть на него все эти гадости! Почему она должна держать все в себе?..
Она занялась зеркалами трельяжа, медленно поворачивая их в нужное положение. С удовольствием отметила. что руки уже почти не дрожат, и принялась подчеркнуто медленно, демонстрируя свое спокойствие, поправлять прическу. Но молчать дальше было уже нельзя.
- У тебя полно одежды, что за истерики? Надень синий костюм.
Господи, и зачем она сказала про синий костюм? Ведь Вадим буквально три дня назад на именинах этого... как его... чернявого такого, со смешной фамилией... вечно от него еще пахнет валерьянкой... облил лацкан каким-то соусом и страшно раздражался по этому поводу. А когда она заметила, что никакой необходимости не было в такую жару ходить к приятелю при полном параде, он вспылил и разорялся битый час по поводу отношения к внешнему виду и умения следить за собой. Подразумевалось, что она, конечно же, не умеет и не следит... Досталось и ее старенькому халатику, и любимой джинсовой юбке (и зачем было когда-то признаваться, что карманчик - вовсе не карманчик, а заплатка на нелепо случившейся дырке?), и пристрастию к полиэтиленовым сумкам-пакетам... А что касается его внешнего вида, то она абсолютно убеждена, что гораздо больше, чем непременные костюмы, ему идут обычные джинсы с клетчатой рубашкой. У него чертовски славная задница в облегающих джинсах... но разве она когда-нибудь скажет ему такое?.. Особенно после того, как он заявил, что она чересчур обтягивает свои... как он выразился?.. формы, кажется.
Торопливо отменив пиджак, она что-то не то предложила с рубашкой. Белая... зеленая... какой-то идиотский разговор.
"Боже мой, да неужели я должна помнить все твои рубахи?" - тоскливо думала она, безо всякой необходимости в десятый раз поправляя одну и ту же прядь, - просто нужно было что-нибудь делать, чтобы не глядеть на его раздраженное лицо. А ведь про зеленую рубашку-то она начала говорить, чтобы предложить надеть ее с легкими светлыми брюками, но он не стал слушать... Он просто заряжен на скандал, это буквально висит в воздухе!
Ну вот, с размаху шарахнул дверцей несчастного гардероба, так, что внутри еще что-то слетело с плечиков, и ушел на кухню. Эффектно ушел, так впечатывая пятки в пол, что у соседей снизу, наверное, люстра заходила ходуном. И хлопнула кухонная дверь... опасный жест, там в двери стеклина еле держится... слава Богу, не зазвенело.
Зазвенело немного позже, но явно не стекло. Все же следовало сходить посмотреть.
Она остановилась на пороге кухни, удивленно глядя на копошащегося на четвереньках у плиты мужа.
Что он там уронил, она так и не поняла. Она сразу поднялся и демонстративно отвернулся к окну. Ах вот как, он собрался курить. Прямо здесь, и при ней, прекрасно зная, что она не выносит запаха дыма. Правда, сейчас она его не почувствует... но потом он будет слышен дня два, не меньше. Вадим не поверил, когда она ему об этом говорила, сказал, что она просто вытяпывается, пытаясь его воспитывать. А она действительно очень чувствительна к дыму... особенно сейчас.
Читать дальше